РИМСКАЯ ВЕСНА МИССИС СТОУН

пьеса Юрия Бутунина написана по мотивам повести Т. Уильямса

РИМСКАЯ ВЕСНА

МИССИС СТОУН

 

Действующие лица

Миссис Стоун.

Мег Бишоп.

Паоло.

Том Стоун.

Доктор.

Ромео.

Стюардесса.

Августина.

Официант.

Помощник режиссера.

Продавец.

Стюард.

Юноша в черном пальто.

Девушки в кафе и другие жители Рима.

“Для любви я создаю персонажи в пьесах. Миру же оставляю в

основном подозрительность и отчуждение”...

Теннесси Уильямс.

Пролог

Рим. Поздняя ночь. Терраса старинного палаццо в престижном районе Париоли. Внизу

маячит неподвижная фигура юноши, не по годам физически крепко сбитого. И как во

всех южных широтах рано возмужавший, он с радостью готов доказать свою

принадлежность к мужскому роду. Единственное, что на нем есть приличное из

одежды - это черное пальто из потертого сукна, явно для него тесное. Под пальто

никаких признаков рубашки. Воротник расстегнут, обнажая загорелую сильную грудь.

Нижняя часть брюк превратилась в лохмотья. Из дыр туфель выглядывают пальцы.

На верху террасы стоит миссис Стоун. Она достает платок, заворачивает в него

ключи.

Стоун. Эй! (Молодой человек запрокинул голову на окрик миссис Стоун. Она бросила ему

платок с ключами. На его лицо засияла самоуверенная улыбка. Он поднял ключи. Медленно

с природным изяществом стал подниматься по ступеням каменной лестницы.) Да, я

этого хочу! Хочу! Но у меня раньше и в мыслях не было этого. А сейчас я делаю все,

чтобы это свершилось. И свершается это по моей воле. Меня несет куда-то и бесцельно

кружит в пустоте!.. Я не могу, не могу жить в этой ужасающей пустоте! Она преследует

меня с тех пор, как я оказалась в Риме!..

(Морской порт в Риме. Пассажирский причал. Слышны гудки пароходов, клаксонов

такси, выкрики разносчиков газет, прохладительных напитков, мороженого, сигарет...

Иногда доносится щебет рондини. Входит стюард. Он нагружен чемоданами,

саквояжами, шляпными коробками. За ним входит миссис Стоун, одетая в траурную

одежду. Поодаль стоит Мег Бишоп, с любопытством наблюдая за ней.)

 

Сцена первая

Стоун. Все началось ранней весной, в марте. Со мной произошло три чрезвычайных

события. Я ушла со сцены. У меня умер муж. И у меня наступил климакс. На этой

набережной я оказалась совсем одна.

Стюард (аккуратно складывает на причал вещи миссис Стоун). Ваши вещи, синьора.

Стоун. Спасибо. (Протягивает чаевые.) Вот возьмите.

Стюард. Может быть, синьора хочет, чтобы я нашел для нее машину?

Стоун. Да, помогите мне, пожалуйста...

Стюард. Одну минуту, синьора!

(Убегает. Мег Бишоп радостно улыбаясь, подходит к миссис Стоун.)

Мег. Карен?.. Неужели, Карен Стоун!

Стоун. Сначала я подумала, что это кто-нибудь из моих поклонниц, узнавших меня

по фотографиям из модных журналов. И я ответила ей банальным отказом. (На лице

миссис Стоун неожиданно возникла улыбка.) До чего же рада вас видеть, но, знаете ли,

к сожалению, я тороплюсь в аэропорт!

Мег. Дорогая Карен! Я прекрасно знаю все твои безотказно действующие уловки.

Все газеты Рима уже неделю трубят о твоем приезде в Европу. Привет, Король горки!

Карен, я- Мег! Неужели ты забыла меня?

Стоун. Мег Бишоп?

Мег. Ну да!

Стоун. О, Мег! Как я рада тебя видеть! Подумать только, прошло столько лет!.. Если бы

ты не назвала меня Королем горки, а так вы меня звали в школе, где мы вместе с тобой

учились, я бы в жизни тебя не узнала!

Мег. Я подозреваю об этом. Я так изменилась, что меня теперь никто не узнает. Впрочем,

кому меня тут узнавать. Десять лет, как я здесь живу и ни разу не встретила знакомого

лица.

Стоун. Мег, не обижайся на меня! В моей жизни все так поменялось и затянулось

туманной пеленой нереальности. Меня словно, куда-то тащат и накрывают с головой

какие-то вихревые потоки, то ли паров, то ли влаги... Извини! Я понимаю, что это только

мои проблемы и не стоит об этом вслух говорить!..

Мег. Иногда стоит сказать!..

Стоун. Если бы ты знала, как сейчас я одинока! О, Мег, прости мою слабость!

Я действительно рада тебя видеть!

Мег. Еще бы!.. Когда-то ты говорила, что я твоя самая любимая подруга.

Стоун. Да, Мег...

(Всхлипывает.)

Мег. Ну хватит, Карен!

Стоун. Я стараюсь... Но сейчас я плачу от радости, что увидела тебя!.. Пока пароход

плыл из Марселя в Рим, я почти все это время просидела в каюте. Невозможно было

показаться. Меня тут же все узнавали!.. Выражали дурацкие соболезнования, задавали

неприличные вопросы. Я впервые поняла, как трудно быть знаменитой!..

Мег. Еще чуть-чуть, Карен, и ты останешься без макияжа. Хватит лить слезы! Жизнь

продолжается. Слышишь, как радостно щебечут рондини!

Стоун. А кто такие рондини?

Мег. Это маленькие ласточки. Каждую весну они возвращаются домой в Рим.

Стоун. Я знаю, что жаловаться нельзя, что бы ни происходило. Но я чувствую сейчас

такую потребность поговорить с кем-нибудь. Меня мучит тоска, словно острая зубная

боль!..

Мег. Где ты остановишься?

Стоун. Я не знаю. После смерти мужа, я отказалась от продолжения кругосветного тура.

Мне хочется здесь какое-то время пожить, уйти от прежних воспоминаний, пока шок от

всего случившего не пройдет.

Мег. Твое положение позволит тебе снять апартаменты в палаццо “Эксцельсиор” на

Париоли. Это престижное место в Риме для таких знаменитых и богатых синьор, как ты.

Стоун. Хорошо. Непременно найди меня там, и мы сможем с тобой наговориться вдоволь.

Мне надо столько тебе рассказать, Мег!..

Мег. Вход в “Эксцельсиор” мне заказан. Туда пускают только благородных синьор, а я

здесь никто. У меня даже нет вида на жительства.

Стоун. Не говори глупости, Мег! Я жду тебя завтра в пять часов.

Стюард (вбегает). Синьора, вас ждет машина. Я могу забирать багаж?

Стоун. Да. (Мег.) Пока!

Мег. Пока, Карен! Пока, Король горки!

(Прощальные поцелуи. Стюард, подхватив чемоданы миссис Стоун, провожает ее к

машине.)

Сцена вторая

(Кафе «Альфредо». За столом, небрежно развалившись, сидит Паоло. Он неторопливо

пьет вино. Большая часть его лица скрыта солнцезащитными очками. Изредка он

бросает на стол игральные кости.)

Паоло. Что за чертовщина? Опять одни единицы и двойки!

(Торопливо входит Мег.)

Мег. Привет, Паоло! Я тебя обыскалась. Где пропадал?

Паоло. Так... Дело было.

Мег. Если позволишь, я тоже пропущу стаканчик вина.

Паоло. Даже если я не разрешу, то вы все равно под завязку наберетесь. (Бросает на стол

игральные кости. В гневе снимает очки. Под глазом Паоло большой синяк.) Дьявол! Раз за

разом одни единицы и двойки!

Мег. Господи Иисуси! Что за вид? Откуда синяк?

Паоло. Этот чертов муж сеньоры Джемерсон-Уокер застал нас в самый неподходящий

момент!.. Она уже передала мне в подарок золотой кулон с бриллиантом. Я так думаю,

что он потянул бы тысячи на три долларов. Но когда я принялся заниматься  интрижкой,

то оставил его на столе!..

Мег. Разиня!

Паоло. Я хотел!..

Мег (перебивая). Ты хотел тайно от меня ободрать эту дуру Джемерсон-Уокер,

а денежки прикарманить себе! Ты меня пустишь по миру, мой мальчик. Но знай, что ты

прогадаешь. Такой сводни, как я, тебе в Риме не найти.

Паоло. Я еле унес ноги! Это рискованное дельце не принесло мне и лиры!..

Мег. Я думаю, что нам скоро повезет по-крупному. Дай-ка и я брошу на удачу.

(Радостно.) Гляди! Две пятерки и четверка!

Паоло. Вам вечно везет!..

Мег. Но тебе повезет больше.

Паоло. Это почему?

Мег. Потому что ты самый красивый молодой человек в Риме.

Паоло. Мой род графов Ди Лео идет с семнадцатого века!

Мег. Да, конечно, синьор граф. Вот об этом ты и расскажешь миссис Стоун.

Паоло. Миссис Стоун?

Мег. Да, Карен Стоун. Она очень известная актриса. Сегодня она появилась в Риме.

Паоло. Я надеюсь, вы подошли к ней не за автографом?

Мег. Мой мальчик, ты зря пытаешься в чем-то меня уличить. Я честно отрабатываю свою

долю. Каждый раз, когда приходят пароходы с богатыми туристами, я часами торчу в

порту. Нет-нет, а все же и нам перепадает на жизнь, когда с моей помощью ты

становишься любовником у этих престарелых синьорин. А тут сама мисс Стоун! Я чуть

не задохнулась от радости, когда ее увидела.

Паоло. Она старая и страшная!..

Мег. О-о! Напротив, Паоло. Она красивая и ей всего пятьдесят!

Паоло (кричит). И это, по-вашему, всего!..

Мег. А что ты скажешь на то, когда узнаешь, что миссис Стоун очень богатый человек.

Она не какая-нибудь старпёрка в пяти долларовом костюме.

Паоло. Что она собирается делать в Риме?

Мег. Во время перелета из Америки в Европу, прямо в самолете у нее умер муж.

Представляешь, ехать развеяться от тоски, а приехать на похороны!  Впрочем, насколько

я знаю, она никогда не любила своего мужа и вечно наставляла ему рога!.. Но как будто

не ведая не о чем, он ей все прощал. А в итоге оставил несчастной вдове около ста

миллионов долларов!

Паоло. Откуда такие подробности?

Мег. Когда-то мы с ней были подругами.

Паоло (смеется). Вы и миссис Стоун?

Мег. Я вовсе не шучу! Мы вместе с ней учились в одном интернате, потом в театральной

школе. Затем, к своему несчастью, я работала вместе с ней в одном театре на Бродвее.

Ко мне пришел успех, а ее посетила зависть! Через некоторое время дирекция театра

уволила меня без объяснения причин. С тех пор и начались мои несчастья. Мы должны

обчистить ее до последнего цента. И я думаю, что ты справишься с этим блестяще, мой

мальчик!

Паоло. Вы так уверены?

Мег. Весна. Многие бесятся. Такое состояние, говорят связано с падающими звездами...

Паоло. Хм!.. Ну, а что если я шепну ей на ушко, что хотел бы быть с ней всю ночь. От

побрякивания льда в последнем коктейле, до побрякивания утренних молочных фургонов.

Мег. Браво, мой мальчик! В твоих словах есть поэзия. За это стоит выпить. (Наливает в

стакан вино, пьет.) Но только не возносись так высоко, иначе и тебе придется падать

с неба!..

Паоло. У меня с такими дамами наработан большой опыт.

Мег. Миссис Стоун перевидала на своем веку изрядное число самоуверенных юнцов

с томной грацией. Вашу породу она знает хорошо. Правда, сейчас она обезоружена.

Я подозреваю, что миссис Стоун мучит тоска необычного свойства и остроты. Надо еще

больше подсыпать соли на ее раны.

Паоло. Как с ней встретиться?

Мег. Не торопись. К такой встрече нужно подготовиться. Она пригласила меня к себе.

Там и пройдет первая прикидка. Мне хорошо известно упрямство Карен Стоун. Главное,

ее завести. Разозлить. А потом...

Паоло. Что? Что потом?

Мег. Мы составим с тобой план, как пробить брешь в обороне миссис Стоун.

Паоло. Я прорву все ее линии обороны!

Мег. Надеюсь. Но вот только что будем делать с твоим фингалом?

Паоло. Думаю, что скоро все пройдет. В крайнем случае, для первого раза надену, как

и сейчас очки.

Мег (осматривает Паоло). Пойдет!

Паоло. Вам не жалко свою подругу?

Мег. Мой мальчик, у меня нет жалости к целому миру!.. А, значит, нет жалости и к миссис

Стоун. Пятнадцать лет назад я сновала взад и вперед по площади Тренита дель Монте,

среди орущих уличных продавцов. Они зазывали прохожих: «Печеное! Печеное! Жареные

каштаны»! И тут же я зазывала проходящих мимо мужчин: «Кому любовь? Кому любовь»?

При этом я расстегивала блузку и демонстрировала всем свои груди. Мальчишки –

газетчики свистели мне вслед, потому что я выглядела очень дешево. Такую женщину

берут не задумываясь, хватит ли в кармане лир, чтобы с ней расплатится!.. Катился ли

кто-нибудь вниз так стремительно, как я? Кубарем словно камень с горы! И все это

благодаря Карен Стоун!

(Берет игральные кости. Бросает.)

Паоло. Невероятно. Три шестерки!

Мег (наливает очередную порцию вина, пьет). Видно, господь наконец-то на меня

удосужился обратить свой взор!..

Сцена третья

(Рим. Апартаменты миссис Стоун в палаццо Эксцельсиор.)

Мег. Мне, кажется, ты...

Стоун. Что?

Мег. Не хотела, чтоб я пришла...

Стоун. Не говори глупости, Мег! Перестань походить на пожилую заблудшую девочку!

Мег. Здесь в Риме я была девушкой, которая знала всех, но так и не смогла себя найти.

Сейчас я девочка-ведьмочка на метле. Лечу куда хочу...

Стоун. А я боюсь...

Мег. Чего ты боишься?

Стоун. Перемен!..

Мег. Что их бояться? Они у тебя уже произошли.

Стоун. Я не могу!..

Мег. Что?

Стоун. Избавиться от прошлого и утолить свою жажду настоящим. Я ищу уголок, где

могла бы спрятаться от назойливой публики и сующих всюду свой нос репортеров.

Мег. Рим- это райский уголок. Здесь ты сможешь утолить томящий тебя жар.

Стоун. Это правда?

Мег. Да. Только я не понимаю, зачем ты это сделала?

Стоун. Что именно?

Мег. Зачем ты оставила сцену?

Стоун. Я не могла больше оставаться в театре. Ты сама знаешь, как отвратительно

бывает, когда кругом интриги и двуличие!

Мег. Можно отойти от дел, но от искусства- никогда.

Стоун. И от искусства тоже. Если только обнаружишь, что у тебя нет таланта.

Мег. Талант? А что же такое талант, как неумение добиваться победы! И ты добивалась ее

любыми путями! Ну, разумеется, играть Джульетту в возрасте ее кормилицы было

ошибкой. Хо-хо! Какой промах! Даже белое атласное платье и дорогой жемчуг не смогли

создать иллюзию твоего девичества. Это был незабываемый момент! Когда заиграли

скрипки и прелестный юный Ромео стал подбираться к твоему балкону, мне захотелось

крикнуть ему: «Берегись, птенчик, сейчас она закогтит тебя и растерзает в клочья»!

Стоун. Ты хочешь сказать, что я походила на грифа?

Мег. Нет, на орла. И потом, тебе нравилось их  укрощать.

Стоун. Они всегда годились лишь на то, чтобы подыгрывать мне. Такие не

воспламеняются сами и не зажигают других.

Мег. Тебе нравилось иметь при себе безвольных партнеров. Разве кто-то из них мог тебе

противостоять.

Стоун. Это не так, Мег!

Мег. Я не буду с тобой спорить Карен. Это не в моих интересах.

Стоун. А что в твоих?

Мег. Я бы не прочь что-нибудь перекусить...

Стоун. Не понимаю тебя?

Мег. Ах, да! Тебе этого не понять... Я хочу есть!

Стоун. Конечно, Мег! На кухне полно еды.

Мег. Я загляну туда?

Стоун. Да, пожалуйста.

(Мег уходит на кухню.)

Стоун. Может быть, Мег права. Мои провалы на сцене начались именно с этой роли...

Сцена четвертая

(Нью-Йорк. Таймс-сквер. Бродвей. Театр. Гримерная комната. Молодой актер

гримируется. Он играет роль Ромео. Без стука входит миссис Стоун.)

Ромео. Миссис Стоун?! Что случилось? Я так волнуюсь...

Стоун (берет за руки актера). Не надо нервничать! У каждого спектакля есть начало,

а у некоторых еще и конец...

Ромео. Спасибо, миссис, Стоун!

Стоун. Где ключ?

Ромео. Ключ? Вот он, миссис Стоун. Что вы хотите сделать?

Стоун (закрыла дверь на ключ и крепко обняла Ромео). Ну, будьте же податливей!..

Ромео. Я вас не понимаю, миссис Стоун!..

Стоун. Будьте мужчиной!

Ромео. Вы хотите?..

Стоун. Я хочу, чтобы вы переключились на роль завоевателя и сыграли ее успешно!

(Начинает раздевать Ромео.)

Помощник режиссера (ходит с колокольчиком). Миссис Стоун, где вы? Ответьте!

Стоун (выходит из гримерки Ромео). Что ты шумишь, Хьюзен!

Помощник режиссера. Мы задерживаем спектакль уже на пятнадцать минут. Зрители

недовольны, миссис Стоун!

Стоун. Запомни, Хьюзен. Ждать выхода звезды - это почетная обязанность публики!

Я должна привести себя в порядок. Ты не будешь спорить с тем, что на сцену должна

выйти актриса, а не рожа!

Помощник режиссера. Да, конечно, миссис Стоун!..

Стоун (истерично). Вы как всегда задерживаете начало спектакля, Хьюзен!

Помощник режиссера. Я?!

Стоун. Вы дадите, наконец, звонок к началу?!

Помощник режиссера. Бегу, миссис Стоун!

(Входит Ромео. Миссис Стоун, презрительно оглядывает его довольную физиономию.)

Стоун. Это происшествие объясняется просто тем, что я накапала себе в кофе бензедрина.

Так что извините. Я тороплюсь, мне еще нужно переодеться.

(Уходит. В луче света на авансцену выходит Ромео. Это уже спектакль. Сцена под

балконом.)

Ромео.

О, вот моя любовь, моя царица!

Ах, знай она, что это так!

Стоун (выходит в образе Джульетты).

О горе мне!

Ромео.

Она сказала что-то.

О, говори, мой светозарный ангел!

Стоун.

Ромео!

Ромео, о зачем же ты Ромео!

Покинь отца и отрекись навеки

От имени родного, а не хочешь-

Так поклянись, что любишь ты меня!..

Ромео.

Ждать мне еще иль сразу же ответить?

Стоун.

Нет, не клянись! Хоть радость ты моя,

Но сговор наш ночной, мне не на радость.

Он слишком скор, внезапен, необдуман-

Как молния, что исчезает раньше,

Чем скажем мы: «Вот молния». О, милый,

Спокойной ночи!

Ромео.

Ужель, не уплатив, меня покинешь?

Стоун.

Какой же платы хочешь ты сегодня?

Ромео.

Любовной клятвы за мою в обмен.

Стоун.

Ее дала я раньше, чем просил ты,

Но хорошо б ее обратно взять.

Ромео.

Обратно взять! Зачем, любовь моя?

Стоун.

Чтоб искренне опять отдать тебе.

Но я хочу того, чем я владею:

Моя, как море, безгранична нежность

И глубока любовь. Чем больше я

Тебе даю, тем больше остается:

(Снимает с себя ожерелье из жемчуга и протягивает Ромео.)

Ведь обе - бесконечны.

(Неловкое движение Ромео и нить на ожерелье рвется. Жемчуг сыплется на пол. Миссис

Стоун с ненавистью оборачивается к Ромео.)

Идиот! (Идет к Ромео и начинает его бить.) Идиот! Идиот!.. Идиот!

Ромео (защищаясь). Вы душите молодой талант! Пусть знают все! Старая звезда душит

молодой талант!

 

Сцена пятая

(Рим. Входит Мег с бокалом мартини и закуской.)

Мег. Карен, ты меня слушаешь?

Стоун. Что? Ах! Да, да...

Мег. Ты помнишь нашу школу-интернат в Мэриленде?

Стоун. Еще бы!

Мег. Я почти нет. Словно меня там и не было.

Стоун. Замечательное было время, Мег! Особенно, на Рождество! Приятно вспоминать,

как среди учениц каждый год я выигрывала право нести в церкви рождественскую

школьную свечу.

Мег. Из прошлого помню лишь твою выдумку. Игру: «Король на горке»!..

Стоун. Я была непобедима! По условиям игры нужно было быстрее всех залезть на

ледяную горку и не пустить туда других!

Мег. Да-а-а! Ты неизменно красовалась там с победным видом Короля горки!

Стоун. А сколько раз игра заканчивалась потасовками и синяками!..

Мег. Но ты все равно оставалась Королем горки. Мы все мечтали тебя оттуда сбросить!..

Стоун. Но никому из вас так и не удалось!

Мег. Ах, как мы тебя не любили! Между собой, мы придумывали тебе обидные клички.

Вот вспомнила. За глаза мы тебя звали: «Кукла»! Ты была сказочно красивой! Глядя на

тебя, мне кажется, что ты, как и прежде «Король на горке».

Стоун. Я очень постарела?

Мег. Нет.

Стоун (радостно). Правда?! Чтобы не стареть, нужно сопротивляться! Тут необходимы

характер, дисциплина, воздержание. Один коктейль перед обедом, а не два, не четыре и

не шесть. Одна нежирная отбивная и лимонный сок к салату вместо майонеза. И так много

лет подряд!..

Мег. Этим ты отличалась от нас. Люди, окружавшие тебя, всегда испытывали перед тобой

какой-то трепет. Чувствовали твою внутреннюю силу, а потому и восхищались! В придачу

еще богатство, оставленное тебе мужем. Все твои угодья, акции, связи, особняки... Когда

ты вышла замуж за этого пасхального зайчика, кто-то из наших сострил: «Карен Стоун

вышла замуж специально для того, чтобы избежать супружеских отношений»!

Стоун. Все это глупости! Я очень любила Тома Стоуна!.. Хотя мне стоит признаться, что

поначалу наше супружество едва не закончилось крахом. Я была холодна. Моя

холодность граничила с отвращением к мужской несостоятельности Тома. Но, однажды,

ночью он с отчаянием разрыдался, как дитя! Жалость!.. Вот что помогло сохранить наш

брак. Физическая не состоятельность Тома открыла мне глаза на то, что каждый из нас

хотел иметь в лице другого. Я хотела иметь взрослого ребенка, а он молодую прелестную

мать. Но главному, чему мы научились -прощать друг друга!..

Мег. Может быть, и так...

Сцена шестая

(Нью-Йорк. Манхеттен. Квартира миссис Стоун. В глубоком кресле сидит Том Стоун

с кипой газет. Он вырезает ножницами рецензии о миссис Стоун.)

Стоун. Том, я хочу признаться тебе об одном ужасном поступке…

Том. Не пугай меня, Карен!

Стоун. Это произошло так неожиданно!.. Словно гром среди ясного неба. Редчайший

случай!.. Том, мне необходимо тебе все рассказать, чтобы ты знал и простил меня.

Конечно, если для тебя ничего страшного не случилось.

Том. Что произошло, Карен?

Стоун. Том, я тебе изменила с молодым актером!.. Помнишь, тот, который играл Ромео.

В его гримуборной. Но это было так неожиданно. Я не отдавала себе отчета, Том!

Том. Я знаю, Карен, как мужчина, я никогда не был с тобой на высоте. Поэтому твоя вина

не так уж большая. Ее следует понять и простить.

Стоун. О, Том! Спасибо тебе! Но ты должен знать, что мое отношение к тебе

по-прежнему великолепно!

Том. Я рад этому, Карен. Но позволь и мне быть с тобой откровенным.

Стоун. Конечно. Я буду тебе благодарна!

Том. Карен, судя по газетным рецензиям, с тобой что-то неладное происходит в театре.

Стоун. Ты прав, Том. Меня стали травить в прессе!

Том. Я уже читал эти грязные пасквили! Одни заголовки статей что стоят. «Вчера вечером

миссис Стоун была не в самой лучшей форме». «Миссис Стоун блестящая актриса, но ей

не совсем подходит по возрасту роль Джульетты».

Стоун. Том, а тебе не кажется, что все эти заголовки звучат, как отходная по моей

театральной карьере?

Том. Нет! Эти жалкие критики посмели написать отрицательные рецензии о тебе, великой

актрисе!

Стоун. Опомнись, Том! Какой толк критиковать критиков.

Том. Они позволяют намекать в своих рецензиях, что твое неудачное выступление в роли

Джульетты, известным образом связано с твоим возрастом.

Стоун. Чаша моего терпения переполнилась! В театре образовалась группа, даже клика.

Они ждет моих провалов! Но этого никогда не будет! Сейчас судьба дает мне

прекрасный шанс. Мне нужна норка, где можно было бы спрятаться и переждать не

лучшие времена... Завтра я объявлю в театре, что бросаю сцену!..

Том. Карен, разве для тебя это возможно?

Стоун. Я бросаю сцену, потому что беспокоюсь за твое здоровье, Том!.. В последнее

время ты все время жаловался на недомогание.

Том. К сожалению, ты права, Карен. С некоторых пор я чувствую себя разбитым. Но...

Стоун. Не спорь, Том! Меня больше волнует твое здоровье, чем слышать этот назойливый

писк театральных бездарей! Мы так редко бывали с тобой вдвоем, Том! Но теперь не

торопясь в свое удовольствие поездим по свету. Билеты на самолет и пароход, номера в

отеле я закажу заранее.

Том. Я могу тебе признаться, Карен. Сегодня, когда я пошел в ванную чистить зубы,

у меня вдруг случился приступ острой слабости.

Стоун. Ты главное не волнуйся, Том! Может быть, это просто твоя фантазия. Я давно

поняла, что до тех пор, пока ты кому-то нужна, то костлявая, безусловно, не посмеет

напомнить о себе. А ты мне нужен, Том! Завтра мы с тобой идем к врачу.

Том. Хорошо, дорогая.

Сцена седьмая

(Нью-Йорк. Кабинет врача. Ширма. Рабочий стол. В кресле сидит миссис Стоун.

Закончив осмотр Тома Стоуна, доктор выходит из-за ширмы.)

Доктор (Тому, который еще остается за ширмой). Одевайтесь, пожалуйста! Я думаю, что

ничего нет опасного.

Стоун. Вот видишь, милый, оказывается, что это все твои фантазии!

Доктор. Да, да... Это почти так. Если уж говорить начистоту, то это явление временное

и оно скорее связано с “мужским  климаксом”. Мистер Стоун, вам необходимо полное

воздержание и длительный отдых. Я пропишу капли. Уверен, что вам станет легче.

Том (выходит из-за ширмы). Благодарю вас, доктор.

Доктор. Всего доброго, мистер Стоун. Миссис Стоун, не могли бы вы задержаться.

Я выпишу рецепт и расскажу вам, как правильно должен принимать лекарство ваш муж.

Стоун. Да, конечно, доктор. Дорогой, подожди меня, я сейчас подойду к тебе.

(Том Стоун отходит.)

Доктор. Присядьте, миссис Стоун. (Пауза.) У меня к вам серьезный  разговор. И хотя

времени у нас мало, я все же должен со всей откровенностью и ответственностью

предупредить. Сердце у мистера Стоуна сдает. Поэтому крайне сомнительно, чтобы он

смог выдержать кругосветное путешествие и благополучно вернуться домой.

Стоун. Послушайте, доктор! У меня складывается такое  впечатление, что вы хотите

порекомендовать мне в каждом порту, где у нас будет стоянка, надежных гробовщиков!

Доктор. Мистер Стоун тяжело болен. Рядом с ним ходит смерть!..

Стоун. Ваши слова я воспринимаю, как личное оскорбление!

Доктор. Я сожалею, миссис Стоун, что вы восприняли, таким образом мою

профессиональную обязанность.

Стоун. Слушать не хочу ваши мрачные прогнозы относительно здоровья моего мужа!

У Тома просто сильное переутомление! Ему надо отдохнуть, успокоиться и его

кардионевроз пройдет сам собой. Я всегда подозревала, что  врачи состоят в сговоре

с гробовщиками. И если вы останетесь не удел, им тоже нечего будет делать!

Доктор. Как вам угодно, миссис Стоун. И все же я прошу вас принять вот этот список

моих коллег в тех странах, где вы будете останавливаться. Вы можете на них

рассчитывать.

Стоун. Хорошо!.. Но я предупреждаю вас, что я это делаю в качестве одолжения!

Сцена восьмая

(Том и миссис Стоун сидят в салоне самолета. Том судорожно вцепился в подлокотники

кресла.)

Стоун. Том, тебе нехорошо?

Том. Все в порядке, милая...

Стоун (смотрит на часы). Господи, еще не менее трех часов полета.

Том. Все будет хорошо, милая... Но почему там внизу раскаленная ослепительная

белизна?.. Такое впечатление, будто...

Стоун. Будто, что?

Том. В небе горит нечто огромное и сияет так ярко, что все: и небо, и земля становятся

белыми!..

Стоун. Белыми- белыми?

Том. Да, да!.. Белыми-белыми!..

Стоун. А-а-а, Том, это остров. Том, гляди, там внизу остров. Он совсем маленький. Том,

ты видишь? (Том теряет сознание.) Том, ты слышишь меня?! Том!.. О, боже!.. (Кричит

стюардессе.) Скажите пилоту, пусть приземлится!.. Моему мужу плохо!..

Стюардесса (наклоняется над Томом). Ваш муж в обмороке.

Стоун (отталкивает стюардессу). Прочь!  Прочь! Оставьте моего мужа в покое!

Отпустите его или я вас ударю! Том! Ты слышишь меня, Том?! Помогите! Там остров!

Остров! Том, там остров!.. (Стюардессе.) Скажите пилоту, пусть приземлится! Там

остров! Остров!.. Остров...

(Плачет.)

Голос пилота по радио. Говорит пилот. Сообщение для синьоры, которая просит

посадить самолет на остров. Мадам, сделать посадку на этот остров невозможно!..

Сцена девятая

(Рим. Апартаменты миссис Стоун.)

Мег. Я понимаю, ты предпочла такое положение, из-за его миллионов.

Стоун. Нет. Я действительно любила Тома!

Мег. Но у тебя было столько других мужчин.

Стоун. Конечно, у меня были любовники. Стоило только  взойти луне, как они тут же

пробирались ко мне в спальню один за другим. И всегда в это время пахло  палёным.

Словно, кто-то из них специально разлил горючее, чтобы устроить пожар! Но до Тома

никто и никогда не любил меня любовью, в которой главным чувством была нежность.

Мег. За столько лет совместной жизни вы привыкли друг к другу. А тебе казалось, что это

любовь.

Стоун. Нет. Только сейчас, после его смерти, я поняла, что лишь это чувство осталось

в моем сердце.

Мег. Но кроме этого чувства он оставил тебе свои вонючие миллионы!

Стоун. Мег, объясни, пожалуйста, какое это имеет отношение к нашей встрече?

Мег. Имеет! Карен, не жди от меня теплых отношений к тебе. Наивно думать, что я смогу

говорить с тобой по душам, о чем я молчала пятнадцать лет! За это время между нами

выросла такая стена, что разрушить ее можно разве что динамитом.

Стоун. Мег, остановись! Ты все еще не можешь меня простить за мою Марию Стюарт?

Мег (яростно).Твою Марию Стюарт? О чем ты, Карен? Это я была создана

для роли Елизаветы- королевы английской! А твоя Мария была скована и напряжена!

Сейчас ты предпочитаешь забыть мой  грандиозный успех, когда вся пресса в восторге

писала о моей блестящей актерской работе! Ты никогда не желала мириться с победой

других. Твой визит в дирекцию театра закончился для меня печально. На следующий

день без каких- либо объяснений меня выбросили на улицу! Я вынуждена была уехать в

Европу, когда только- только началась война. Мне пришлось переезжать из одной страны

в другую без знания языка, без средств к существованию! Я каждый день ждала, что меня

убьют, как уличную собаку!..

Стоун. Ты меня ненавидишь?

Мег. Прости!.. Я сказала тебе все, что наболело у меня за все эти годы. Но все это уже в

прошлом. Знаешь, что? Лучше, налей-ка мне еще мартини. Но только плесни на донышко.

А то я еще грохнусь. Ярость- это роскошь! Ее могут позволить себе молодые. Вены у них

упругие. А у меня вот- вот лопнут!.. Я надеюсь, что траур твой вскоре закончится.

Стоун. Конечно же, мне хочется повидать Рим. Познакомиться с кем-нибудь, кто сможет

скрасить мое одиночество. Но скажи мне, Мег, это не будет слишком вызывающе, если я

покончу с трауром?

Мег. Отбрось все условности, Карен! Некоторый период потрать время попусту. Походи

по ресторанам, музеям, магазинам, познакомься с кем-нибудь...

Стоун. С кем, например?

Мег. Что ты скажешь, если я представлю тебе одного юного графа.

Стоун. Юного графа? Ты шутишь?

Мег. Вовсе нет. Он высок и строен, одним словом, неотразимо красив!

Стоун. К сожалению, я не настолько молода, чтобы увлекаться юными графами!..

Мег. Ты не права, Карен! В этой стране под юностью подразумевают немалый опыт в

любви. Они, как я слышала, очень не дурные любовники!

Стоун. Но разве, это все, что мы ищем в жизни?

Мег. По-моему, все. И когда ты увидишь, насколько он красив, то поймешь, что в нашем

возрасте женщины  вдруг начинают ценить в партнерах  именно красоту. От Паоло, а так

зовут молодого графа, пахнет не дешевым одеколоном, а мускусом. Этот мужской запах

свел с ума не одну женщину Рима!

Стоун. Ты меня интригуешь, Мег! Клянусь! Лучшего запаха в своей жизни я не

встречала!

Мег. Такой ты мне больше нравишься, Карен! Но, теперь я, пожалуй, пойду... Славно я

у тебя посидела!..

Стоун. Побудь еще. Расскажи о графе.

Мег. Зачем? Ты сама все узнаешь от него. Завтра вечером мы могли бы встретимся в кафе

«Альфредо».

Стоун. Хорошо, я буду там к десяти.

Мег. Бери такси и приезжай. Мы будем тебя там ждать.

Стоун. До встречи, Мег!

(Смена света. На авансцену выходит Мег Бишоп.)

Мег. Да смилостивится над тобой господь! Я исполнила то, что задумала: вонзила иглу

в твое сердце, Карен. И это будет тебе моим возмездием!

Сцена десятая

(Рим. На следующий день в кафе Альфредо. За столиком Мег и Паоло. Появляется

миссис Стоун. Возгласы посетителей кафе)

- Смотрите, это миссис Стоун!

-Миссис Стоун? А кто это?

- Знаменитая актриса из Америки!

Официант. Неужели она пришла к нам?

Мег. Карен, привет! Иди сюда! Я рада, тебя видеть!

Стоун. Мег! Я уже отчаялась тебя найти!..

Мег. Дорогая Карен, я рада представить тебе Паоло. Он граф из рода Ди Лео.

Паоло. Мое почтение, миссис Стоун.

Стоун. Я рада нашему знакомству, господин граф!

Паоло. Не называйте меня, пожалуйста, графом. Просто Паоло.

Мег. Он из обедневшей, но вполне достойной семьи. Графский титул носит не он, а его

дядя.

Паоло. И все же я из рода Ди Лео!

Мег. Паоло, дорогой, никто не пытается оспаривать твое право на титул!  Я устрою тебя

рядом с миссис Стоун.

Паоло (миссис Стоун). Как вам Рим?

Стоун. Я успела познакомиться только с рондини. Они поселись у меня под крышей.

Их радостный щебет теперь будит меня по утрам, скрашивая мое одиночество...

Паоло. Я слышал о вашем несчастье.

Мег. Хватит о грустном, Паоло! Пригласи Карен потанцевать. Я знаю, что она это

обожает.

Паоло. Разрешите?

Стоун. Я право…

Мег. Идите, идите. Я бы хотела что-нибудь выпить. Карен, тебе что-нибудь заказать?

Стоун. Пока нет. Но ты можешь заказать себе все, что пожелаешь. Сегодня плачу я.

(Миссис Стоун и Паоло вышли на танцевальный пятачок. Танцуют. Звучит модная

мелодия тех времен. Мег подзывает официанта.)

Мег. Ренато! Тащи все что есть. Будем  гулять!

Официант. А кто за все заплатит?

Мег. Она! Миссис Стоун! Американская  миллионерша!

(На танцевальном пятачке миссис Стоун и Паоло.)

Стоун. В последний раз я танцевала в Америке на крыше самого высокого небоскреба

Нью-Йорка. Только там теперь можно увидеть звезды над большим городом.

Паоло. Полюбуемся теперь на звезды  Рима. Посмотрите. Они у нас очень яркие и висят

так низко, что хочется протянуть руку и поймать их.

Стоун. О, да! Они напоминают мне рондини, только вот не щебечут.

Паоло. Вы продрогли?

Стоун. Нет, нет, что вы!.. Нисколько... С чего вы взяли?

Паоло. Вы вся дрожите.

Стоун. Разве?

Паоло. А вы не замечаете.

Стоун. Пустяки, это всего лишь легкий озноб.

Паоло. В такую жару.

Стоун. Ничего серьезного, уверяю вас.

Паоло. Загадочно!..

Стоун. Вам, видно, доставляет удовольствие смущать меня…

Паоло. Вы расстроились?

Стоун. Ни в малейшей степени. Просто заинтригована.

Паоло. Чем?

Стоун. Чем закончится наше знакомство.

Паоло. Я не затворник. Нам следовало бы встречаться.

Стоун. Вы так молоды. Почти мальчик!

Паоло. Не оскорбляйте меня.

Стоун. Простите, я не хотела.

Паоло. Да будет вам известно, что в пятнадцать лет я уже командовал танковым

батальоном.

Стоун. Вот как?

Паоло. Он назывался «Тигры». У нас была алая форма, а на рукаве вышит золотой тигр.

Стоун. Где вы воевали?

Паоло. Мы воевали в Африке. Десять моих тигров были подбиты. И я несколько раз

погибал в пламени... Но мне повезло!..

Стоун. Вы - герой!

Паоло. Нет, просто я мужчина из рода Ди Лео!

(Крепко прижимает к себе миссис Стоун.)

Стоун. Стоит мне расслабиться, и я обязательно разнервничаюсь! Пустите, прошу вас!..

Паоло. Перестаньте злиться!

Стоун. Вам непременно хочется, чтобы на нас обратили внимание?

Паоло. Неужели, вам невдомек, что вы мне нравитесь.

Стоун. Нет, нет! Это неправда!..

Паоло. Это- правда! Нравитесь и очень. Я слышу, что выстукивает ваше сердце.

Стоун. Что вы услышали?

Паоло. Еле слышный голосок: «Миссис Стоун одинока»!

Стоун. Вам хочется меня высмеять?

Паоло. Нет, мне хочется вам понравиться.

(Опять прижимает миссис Стоун к себе. Она мягко отстраняет Паоло.)

Стоун. Мелодия закончилась. Нам стоит присесть и что- нибудь выпить. Вы что

предпочитаете?

Паоло. «Негрони» с оливками.

Стоун. Тогда и я попробую. Возможно, и он станет моим любимым напитком!.. (Официанту.) Принесите, пожалуйста, два “Негрони” и к ним оливки.

Мег. Вам было весело?

Паоло. Пожалуй, да. Миссис Стоун наконец-то увидела римские звезды.

Стоун. А еще я хотела бы на себе почувствовать римское солнце. В Америке ходят

легенды, что у вас здесь есть лишь одно развлечение. Вы предаетесь на солнце

услаждению.

Паоло. Надо еще доказать, миссис Стоун, есть ли что достойнее на свете, чем предаваться

услаждению?

Стоун. Я отвечу на ваш вопрос вопросом. Вам нравятся готические соборы?

Паоло. Причем тут готические соборы?

Стоун. Как все в них стремится ввысь, словно рвется куда-то за пределы камня, за

пределы людских касаний, устремлено к чему-то недосягаемому!.. Все мы барахтаемся

в грязи, но иные из нас глядят на звезды!..

Мег. Это из какого-то бродвейского спектакля?

Стоун. Не помню! Но сказано, верно. Иные из нас глядят на  звезды!

(В театральном жесте кладет свою руку на руку Паоло.)

Паоло. Жать руку в перчатке, нет никакого удовольствия, миссис Стоун.

Стоун. Это легко исправимо. Просто сниму перчатку. (Паоло целует ей руку.) За мной

ухаживали по - серьезному только трое. И каждый раз между нами была пустыня.

Паоло. А что такое пустыня, по- вашему?

Стоун. Ну... Непригодная для жилья местность.

Мег. Я уверена, Карен, что такой непригодной ты сделала ее своим характером.

Стоун. Нет, я думаю, не в этом была правда.

Мег. А в чем?

Стоун. Я... я не вкладывала в это сердца. И вот наступило молчание. Молчание,

понимаете?

Паоло. Как не понять молчание!..

Стоун. Никто из них, так и не задел по- настоящему моих страстей.

Мег. Карен, у тебя есть страсти подобного рода?

Стоун. А разве не у всех они бывают? Хотя бы иногда!..

Паоло. Есть женщины-ледышки.

Стоун. Какой я вам кажусь?

Паоло. Внутри вы дьявольски возбудимы! Я просто не встречал еще женщин с подобной

возбудимостью! Так возбудимы, что должны носить с собой пилюли с белладонной.

Стоун (подзывает официанта). Официант!

Официант. Да, синьора.

Стоун. Если вас не затруднит, проводите меня до стоянки такси.

Официант. Хорошо, синьора.

Стоун. Я хотела бы уехать домой.

Паоло. Мне проводить вас?

Стоун. Нет, благодарю.

Паоло. Мы еще увидимся?

Стоун (сдержано). Вполне возможно, что я захочу насладиться “Негрони”. Он

понравился мне!.. Вот возьмите, мою визитную карточку. Позвоните как- нибудь.

(Уходит в сопровождении официанта.)

Мег. Она на крючке, мой мальчик!..

Паоло. Как она противна эта насильственная любовь! Как противно, насилуя себя, спать

со старухами! Какое это все имеет отношение...

Мег (перебивая). К тому, что ты нужен мне?

Паоло. Да!

Мег. Ты нужен мне! Мне!

Паоло. Вы уничтожаете меня! Днями я занят только тем, что с брезгливостью вспоминаю

прошлую ночь, и ненавижу следующую!..

Сцена одиннадцатая

(Рим. Апартаменты  миссис Стоун. Она скинула туфли и бросилась на кровать.

Раздались всхлипы. Это плакала миссис Стоун. Через некоторое время, она потянулась

к тумбочке, нашла  спасительные  таблетки с транквилизатором. Налила в стакан воды

и уже хотела  запить лекарство, как передумала.)

Стоун. О нет!.. Принимать транквилизаторы в подобной ситуации незачем!.. (Она

вскочила с постели и начала вышагивать по комнате.) Если делаешь что-то без всякой

на то причины, без всякого смысла, то, значит, тебя бесцельно кружит в пустоте! Карен,

остановись!.. Этот Паоло почти мальчик! (Набрала в ладонь воды и брызнула себе на

лицо.) Я вся горю! Словно совершила нечто постыдное. Но опять у меня наступает

бесцельное  кружение!.. Опять меня несет куда-то  и бесцельно кружит в пустоте!.. Но,

как мне укротить бешеную энергию?! Она  таится во мне до сих пор! На что ее

употребить?! Сунуть ее в карман, словно ключ от дома, где больше уже не живешь?..

(Вышла на террасу и посмотрела вниз. Там, как и прежде, стоит молодой человек

в черном пальто. Он стоит и ждет.) Мне остается только бесцельно кружить в пустоте

апартаментов...

 

Сцена двенадцатая

(Рим. Кафе Альфредо. Мег и Паоло сидят за столиком. Оба несколько возбуждены.

Подходит официант.)

Официант. Бармен говорит, что в кредит вам отпускать не велено. Ваших счетов хватит,

чтобы оклеить ими всю нашу террасу!

Паоло. Какая наглость! Не забывайтесь, что я граф! Я не потерплю такой наглости! Вы же

знаете, что синьора Джемерсон -Уотсен может за меня поручиться!..

Официант. Вот вашими поручениями с нею и расплачивайтесь!

Паоло (вскакивает). Я не привык к такому обращению!

Мег. Сядь! После пары голодных дней привыкнешь. Если ты в ближайшее время не

окрутишь миссис Стоун, то мы с тобой подохнем с голода! (Официанту.) Вот тебе деньги.

Принеси два кофе и рогалики.

Паоло. Но я прочитал в ее глазах желание! Я не могу столько времени уделять этой особе.

Я молод и я многое хочу! Мне многое нужно! Еще чуть-чуть и я буду нищим!

Мег. Ты прав, Паоло. Время. Время вот, что работает против нас. Сейчас я отдала за кофе

последние лиры.

Официант. Ваш кофе.

Мег. Поставь и проваливай!

Паоло (с жадностью набрасывается на кофе). Она не звонит, не приглашает меня на

коктейль, как это делали остальные. Я видел, как ее мучит тоска! Но на нее ничего не

действует! Ни мои вздохи, ни мои соблазнительные позы. Ни одна, вы слышите, ни одна

женщина не устояла перед этим!

Мег. Паоло, ты плохо знаешь Карен Стоун. Она еще не  примирилась с тем, что стареет!

Она до сих пор сохранила свою гордость!

Паоло. Я знаю, что ей я нужен! Почему же она ничего не говорит, ничего не

предпринимает?

Мег. Наберись терпения. Рим не один день строился.

Паоло. Я римлянин, а не Рим! И если она, в ближайшее время не соизволит сдвинуться

с места, то мне остается, лишь  околачиваться на панели в Галерее!

Мег. Ты не посмеешь это сделать! Не забывай, что Галерея это дно человеческой жизни!

Это, то место где есть особый запах. Он, как клеймо метит тех, кто хоть однажды там

побывал! Он въедается не только в одежду, но и кожу. Он будет чувствоваться в твоем

дыхании, он будет преследовать тебя всю жизнь! Даже если тебе придется голодать, так

же часто как и мне, все равно наберись сил, чтобы не сделать туда роковой шаг!

(Входит миссис Стоун. Она подходит к барной стойке и начинает о чем-то

разговаривать с официантом. За ней, как ее тень появляется молодой человек в черном

пальто.

Паоло. Господи, неужели она пришла сюда!..

Мег. Кто?

Паоло. Ваша сучка! Синьора Стоун!

Мег. Она ищет тебя, Паоло!

Паоло. Да! Я уже ощущаю, как ее волосы натягиваются в моих пальцах. Я слышу ее

горячее дыхание. Я знаю, как она будет искать своими  губами мои губы. А потом я

повалю ее навзничь. И извиваясь… (Тихо смеется.) буду изображать страсть!

Мег. Это в твоих силах, мой золотой мальчик! Смотри ей в глаза! Даже обладая

незаурядным талантом актрисы, она не сможет скрыть своего  возбуждения!

Паоло. Я боюсь ее глаз! Из них на меня глядит хищная птица!

Мег. Но теперь в твоей власти эту птицу поймать в силки! Я отойду в сторону. Не стоит,

чтобы она нас видела вдвоем.

(Миссис Стоун, услышав чей-то хохот, открыла сумку и стала искать в ней дымчатые

очки. Но там их не оказалось. Она бросила в сторону взгляд и опять увидела молодого

человека в черном пальто. Он вынул руки из карманов и свел их у середины корпуса.

Услышав, как потекла струйка, миссис Стоун не сразу поняла, что происходит. А когда

поняла, была до того потрясена, что ахнула негромко, но естественно и сбивая все на

своем пути, бросилась прочь из бара. Она “наткнулась” на Паоло. Тот проворно схватил

ее и крепко прижал к себе. Миссис Стоун трясло. Молодой человек в черном пальто

поспешно исчез.)

Паоло. Что-то случилось?

Стоун (тихо). Меня несет куда-то и бесцельно кружит в пустоте!..

Паоло. Не волнуйтесь, теперь я с вами. Вы надолго пропали. К сожалению, я почти начал

забывать вас. Давайте присядем. (Они сели за свободный столик.) Вы искали меня?

(Миссис Стоун не ответила. Паоло взял ее руку и прижал к своему колену. Ее рука

задержалась на колене секунду- другую, но затем миссис Стоун осторожно высвободила

свою руку. Она попыталась открыть свою сумочку, но было видно, как дрожат ее

пальцы.

Стоун. Откройте сумку! От волнения, у меня перестали гнуться пальцы. Достаньте,

пожалуйста, портсигар и сигареты.

Паоло. Но у меня нет зажигалки.

Стоун. По-моему, она лежит на соседнем столе.

Паоло. Да, есть. (Зажигает. Вспыхивает яркое пламя.) Господи, какой факел!

Стоун (с неожиданной улыбкой). Так доброе дело в испорченном мире сияет!..

Паоло. Миссис.

Стоун. Да.

Паоло. Вы мне не ответили.

(Он опять стиснул ее руку.)

Стоун. Кажется, у меня потекла тушь с ресниц. Это просто идиотизм выйти в таком месте

и отпустить шофера. Извините. Мне нужно, как-то унять расходившиеся нервы и

сориентироваться. С некоторых пор я живу в мире света и тени. Для меня тень стала так

же ярка, как и свет.

(Достала зеркало, платочек. Начала поправлять макияж.)

Паоло (настойчиво). Вы искали меня. Я наблюдал за вами. Вы искали меня на улице,

словно брошенная собака, отчаянно нюхая тротуар, чтобы взять след хозяина.

Стоун. Не сходите с ума! Просто какое-то наваждение позволило взять вверх над моим

рассудком. Пустите меня! Пустите! Что вы  делаете?!

Паоло (наклоняется к ней в поцелуе). Просто я делаю то, что хочу!

Стоун (слабо сопротивляясь). Пустите меня, пустите меня! О! Пустите же меня...

(Поцелуй.) Уж если я сошла с ума, то это потому, что жить в одиночестве, хуже смерти!

Сейчас я чувствую себя разочарованной и даже униженной... Меня несет в пустоте, хоть

и без цели, но совершенно в определенном направлении! Вы можете обнять меня?

(Паоло обнимает ее.) Я начинаю пользоваться вами.

Паоло. Мы все пользуемся друг другом, умудряясь называть это любовью. А когда

не можем пользоваться, то это уже ненависть.

Стоун. Вы ненавидите меня?

Паоло. Это зависит от вас.

Стоун. Я хочу немного нежности. Немного. И лишь изредка. А дальше, что будет,

то будет. Пусть нутро подскажет.

Паоло. Я дам вам это... молодой и гордой женщине.

Стоун (смеясь). Но я вовсе не гордая, и не молодая. И еще я хочу откровенности. Я устала

еще там, в театре, жить среди интриг и лжи.

Паоло. Это приказ?

Стоун. Я никогда не приказываю, лишь только прошу.

Паоло. Ваши просьбы трудно отличить от приказаний. (Встает.) Пойдемте!

Стоун. Нет. Я жду вас завтра у себя дома. Заезжайте вечером! Мы поедим куда-нибудь

выпить коктейль.

(Миссис Стоун уходит. Немедленно появляется Мег.)

Мег. О чем вы говорили? Получилось?

Паоло. Почти, нет. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы хоть как-то привлечь

ее к себе. Она незаурядная  женщина!

Мег. У меня такое чувство, мой мальчик, что ты решил  в очередной раз меня надуть.

Выкладывай все и немедленно!

Паоло. Терпение! Как вы говорили: «Рим не один день строился». Потерпите,

пожалуйста!..

Мег. Ты решил меня обмануть! Я видела, как вы целовались и как ты ее обнимал!

Паоло. Вы, как пиявка присосались ко мне, а мое тело для вас всего лишь товар!

В башке у вас сидит одна мысль - как меня выгодно можно продать!

Мег. Я думаю, что миссис Стоун просто вскружила тебе голову. Ты все врешь, и

придумываешь разные увертки! А сам набиваешь себе карманы. Ну, а как же я?

Вчера вечером мне стало дурно от голода. Она тебя покупает!

Паоло. Подождите, подождите минутку! Вы что считаете, что я просто marchetta?

Мег. Сын мой! Да кто же ты еще после этого? Конечно, ты и есть самая настоящая

продажная тварь!

Паоло. Я из рода Ди Лео!

Мег. Ну да! А я горжусь, что родилась среди черни!

Паоло. Вот именно! И подохните на черном рынке!

Мег. Убирайся вон!

Паоло. Я у себя дома! И могу говорить, что хочу. А вы не имеете права жить в моей

стране. Отправляйтесь к себе в Америку. Там как раз то место для таких синьор, которые

не в себе!..

Мег. Я тебе сейчас  врежу!

Паоло. Давайте, давайте! В ответ сами получите по пьяной роже!

Мег. У меня есть знакомый капитан полиции. Только тронь! Сразу загремишь

в тюрьму. А там уж по твоей спине дубинка погуляет!

Паоло. Как бы вас не сломали, моя потасканная синьора!

Мег. Скоро тебя найдут с ножом между ребер!

Паоло. И кто же это сделает? Уж не вы ли? Ха-ха! Скорее вы без меня сдохните от голода

в сточной канаве. Отправитесь в морг, и никто не придет за вашим жалким трупом.

Его кинут на баржу и сбросят в реку. И чем раньше, тем лучше, я так считаю. Проку от вас

никакого! Вы уже не можете трясти старыми потасканными грудями и предлагать любовь

за бутылку дешевого вина! У меня без вас достаточно знакомых сводней.

Мег (ударила ногой Паоло в пах). Вот тебе! Вот тебе! Надеюсь, на эту ночь ты выбыл из

строя!

Паоло. Старая тварь!..

Мег. Синьора Стоун будет извещена о тебе!

Сцена тринадцатая

(Рим. Апартаменты миссис Стоун. Возле двери стоит Мег.)

Стоун. Мег! Что ты стоишь?

Мег. А ты не сказала: «Входи»!..

Стоун. Входи!

Мег. Спасибо. Снизу я видела тебя в окне, как ты задергивала  штору.

Стоун. И что такого?

Мег. Мне пришлось стучать несколько раз, пока ты не открыла.

Стоун. Ты чуть дверь не выломала.

Мег. Может быть...

Стоун. Что может быть?

Мег. Ты не хотела...

Стоун. Что я не хотела?

Мег. Видеть меня сегодня.

Стоун. Мы с тобой видимся почти каждый вечер, с тех пор как я приехала в Рим.

Мег. Однако, ты...

Стоун. Не выдумывай, Мег. Ты заставляешь меня напоминать, что ты мне самый близкий

человек в Риме. Без тебя я уже не представляю свою жизнь. Ты мне нужна, Мег!

Мег. Это не так, Карен. Мы вовсе не нужны друг другу.

Стоун. Напрасно, ты мне не веришь! Хочешь выпить? Вот смотри, настоящие

американские бренди!

Мег (загораясь). Я не против бренди, Карен! (Наливает себе полстакана и выпивает

залпом. Долгая пауза.) Я хочу тебя предостеречь, Карен.

Стоун. О чем?

Мег. Насколько мне известно, Карен, ты решила встречаться с Паоло. Я тебе откровенно

скажу, будь осмотрительна с ним!..

Стоун. Мне не очень понятен, затеянный тобой разговор. Ты сама меня с ним

познакомила и дала ему отличную рекомендацию!

Мег. Твои интересы, Карен, мне достаточно дороги. И все же я считаю необходимым

рассказать о нем подробнее. Я сама недавно об этом узнала.

Стоун. Спасибо за заботу, Мег!..

Мег. Ты мне не безразлична. В Риме я почти свой человек. Естественно мимо меня не

проходят слухи подобного толка.

Стоун (в нетерпении). Я слушаю тебя.

Мег Ты находишь его очаровательным?

Стоун. В общем, да.

Мег. Не только ты. Все!

Стоун. Что значит все?

Мег. А то, что этот самый очаровательный юноша в Риме, должен бы обладать

качествами значительнее обаяния.

Стоун. Какими именно?

Мег. Качествами истинного римлянина. А ими Паоло как раз и не обладает. Ты должна

знать, что Паоло, он… Как бы это тебе объяснить? Одним словом, он- marchetta!

Стоун. Кто, кто?

Мег. Marchetta! Так здесь называют молодого человека, который нигде не работает, не

имея в своем кармане и десяти лир! Но удивительно то, что он  превосходно обходится

и без этих нищенских средств. Что ты думаешь о личностях подобного рода?

Стоун. Я ничего против них не имею.

Мег. Ладно, Карен! Я тебя предупредила и теперь ты знаешь, что можно ждать от Паоло.

А все-таки, дорогая Карен, позаботься, чтобы твои расходы окупились.

Стоун. Ну, что ж! Красота этого юноши бесспорно целый мир в себе. И он будет

действовать, не признавая никаких законов. У него на то божие  соизволение!

Мег. Божие соизволение? Не про себя ли ты говоришь, Карен? Когда - то и ты обладала

такой же красотой и тоже не признавала законов. Но время твое ушло, а с ним и божие

соизволение!

Стоун. Довольно, Мег! Не заставляй меня думать, что ты приходишь сюда только для

того, чтобы меня позлить!

Мег. Подумай, Карен, не суждено ли тебе испытать позор, от которого ты сможешь

спастись только в джунглях Африки?

Стоун. Я как раз смотрю на жизнь реально. Но поверь, Мег, мне хочется получить хоть

частичку скудной радости в этом мире.

Мег. Карен, ты сама знаешь, как весь этот любовный суррогат, искусственные

привязанности, обречены на короткое существование, как бы сильно в них не нуждался.

Ты будешь взывать к нему: «Помоги же мне! Я боюсь, я не знаю, куда мне деться»! И тот,

к кому ты обращаешься, обожжет тебя презрением. В душе этого человека, установлен

маленький звуковой аппаратик. Он- то ему и нашептывает: «Обдери ее дочиста! Пусть она

все выложит, а потом унизь и пошли ее подальше»!

Стоун. Мег, не испытывай моего терпения! Ты переходишь все границы дозволенного

по отношению ко мне!

Мег. Плесни мне еще бренди, Карен. (Пьет.) Если ты думаешь, что здесь тебе удалось

укрыться от посторонних глаз и тем самым избежать толков и пересудов, то позволь тебя

вывести из этого заблуждения. Вокруг тебя роится множество слухов. Притом самых

невероятных. Зубоскальство по твоему адресу можно прочесть в столбцах светской

хроники газет Нью- Йорка, Лондона, Парижа!

(Достает из грязной сумки пачку газет, кидает их в сторону Стоун.)

Стоун (смотрит заголовки газет). Бог мой! Что за заголовки?! Это возмутительно!

(Отшвыряет от себя газеты.) Я не хочу их даже смотреть!

Мег. Избежать огласки так же невозможно, как выскочить из собственной шкуры.

Все только и говорят о пожилой женщине, помешанной на смазливом юнце до потери

рассудка!

Стоун. Перестань! Ты думаешь, что я не поняла, почему ты познакомила меня с ним?

Ты живешь за его счет! Во всех странах мира и во все времена это называется –

сводничеством! Я так думаю, что ты ему перестала быть нужна! А раз так, то ты решила

ему отомстить?

Мег. А хотя бы и так!  Но сейчас, ты выслушаешь все до конца! Потому что я

действительно твоя подруга! Всем становится известно, что ты вытворяешь. И ни один

из тех, кто когда-то знал тебя, и уж, бесспорно, ни один из тех, кто когда-то любил тебя...

Стоун (перебивая). А кто они эти люди, что когда-то «любили» меня? Назови хоть

одного?

Мег. Их тысячи! Ты представляла...

Стоун (перебивая). Представляла! Исполняла всевозможные роли! Но никогда, не «когда-

то там», а вообще никогда, не была самой собою! Не показывала, кто я есть на самом

деле!

Мег. Я об этом знала!

Стоун. Прочь от меня!

Мег. Баловни природы свое отыграли? (Миссис Стоун никак не реагирует.) Карен,

представление окончено?

Стоун. Оставь меня! Не мучай! Я кричу! Нет, это кричит моя душа, и ты слышишь ее

крик! Я хочу выйти из этого водоворота. Он меня все время куда-то тянет за собой и

бесцельно кружит в пустоте!..

Мег. Дуйте ветры, пока не рассеется тьма, потому что лавры не вечны!..

(Пошатнулась.)

Стоун. В чем дело, Мег? Тебе нехорошо?

Мег. Нет, нет... ничего особенного. Голова немножко... ну, в это время года у меня всегда

кружится голова. И потом, у меня так обожжены нервы, что я хочу вместе с выпивкой

влить в себя отупение.

(Наливает себе очередную порцию бренди.)

Стоун. Мег, я хочу тебе помочь... (Достает деньги, протягивает их Мег.) Вот возьми!

Возьми!.. Тебе они пригодятся.

Мег. Я... я не могу их взять, Карен.

Стоун. Почему? Мы же с тобой подруги.

Мег. Именно, поэтому.

Стоун. Мег, не обижай меня. Возьми!

Мег. Не искушай меня.

Стоун. Ты же нуждаешься в них.

Мег. Если я их возьму, то...

Стоун. Что?

Мег. Это значит, что ты меня покупаешь, и я становлюсь marchetta!..

Стоун. Прекрати! Прекрати! Не унижай меня своим упрямством!

Мег. Хочешь совета?

Стоун. Говори.

Мег. Не! Жалей! Саму! Себя! Еще есть возможность остановиться. Уезжай куда-нибудь.

Вернись опять в Америку. Тебя ждут везде: в Лондоне, Париже, Вене.

Стоун. Нет! С этой дороги не свернешь, даже если она ведет назад!..

Мег. Ты сама выбрала эту дорогу, Карен!..

Стоун. Да!

Мег. Звучит возбуждающе. И все же ты выглядишь усталой.

Стоун. Если я и устала, так только от твоей оскорбительной опеки!

Мег. Что ж тут оскорбительного? Я забочусь о твоей безопасности.

Стоун. Подтекст мне вполне ясен.

Мег. Какой подтекст?

Стоун. Ты знаешь какой, но не хочешь сказать об этом вслух. Но зато я уже не боюсь

говорить открыто. Да, я одна из стареющих самок. Раньше за удовольствие платили им,

а теперь приходится платить самим! И ты знаешь, когда мне хуже всего?

Мег. Ночью.

Стоун. Когда просыпаешься, а рядом никого нет!

Мег. А просыпаться одной, это ужасно!..

Стоун (подхватывая). И горячая ванна не согреет!..

Мег. Ни случайный знакомый! Ничто не поможет!..

Стоун. Нужен человек, к которому ты привыкла!..

Мег. И в которого, ты уверена, что он любит тебя!

Стоун. Аминь!

Мег. Согласись, что ты просто довольствуешься любовными утехами.

Стоун. А разве находить утешение в любви, это мало?

Мег. Птицам в клетке вдвоем, конечно, неплохо, но улететь они все равно мечтают

порознь!

Стоун. А я бы осталась!

Мег. Прошу тебя, опомнись, Карен!

Стоун. Мег, но я уже не могу останавливаться!

Мег. Но почему, Карен?

Стоун. Хорошо, Мег. Я тебе открою не совсем приятную о себе правду. Но только прошу

тебя, никому не слова!

Мег. Ну?

Стоун. Знаешь, Мег, у меня обнаружили злокачественную опухоль. Ее удалили, но она

дала рецидив.

Мег. Пожалуй, Карен, я выпью еще твоих бренди!..

Стоун. Конечно, Мег, налей себе еще. Долго мне не протянуть. Болезнь слишком

запущена. Опухоль уже дала  метастазы в другие органы.

Мег. Не сочиняй, Карен!

Стоун. Это правда, Мег.

Мег. Мне жаль тебя, Карен...

Стоун. Я принимаю твои сожаления, Мег. И хочу тебя попросить вот о чем. Ты больше

не ищи со мной встречи и не звони мне. Хорошо?

Мег. Но, Карен...

Стоун. Хочешь, я еще налью тебе бренди?

Мег. По-моему, я уже набрались достаточно...

Стоун. Еще капельку можно. (Наливает бренди в стакан.) Мег, я знаю, ты поймешь меня.

Я не хочу сейчас никого видеть!..

Мег. Я не приду к тебе больше, Карен. (Пауза.) У Паоло есть набор слезливых историй,

при помощи их он вытягивает себе деньги из кошелька своих богатых любовниц. Он,

пожалуй, наплетет тебе целую историю про своего приятеля и некоего зловредного

католического священника, который орудует на черном рынке.

Стоун. Что за история? И зачем ему это все придумывать?

Мег. Он непременно станет тебе рассказывать, как зловредный священник гнусно

обманул его друга, выудив у него десять миллионов лир для какой-то махинации на

черном рынке. И постарается так все расписать, чтобы ты непременно растрогалась и

выложила ему эти деньги, для спасения его мифического друга.

Стоун. Растрогать меня можно. Но не на десять миллионов лир! Мы американцы, вовсе

не так сентиментальны, как  наши фильмы.

Мег. Как знаешь, Карен. Плесни мне еще бренди.(Протягивает руку к бутылке.)

Пусто. Я пойду, Карен.

Стоун. Мег, ты совсем пьяна!

Мег. О, да! Но я все равно пойду. Но помни, моя дорогая  подружка, если завтра я умру

с голода, то в этом будешь виновата - ты!

Стоун. Я не понимаю тебя, Мег?

Мег. Когда-нибудь поймешь, что не так уж сильно я тебя ненавижу!.. Запомни, Карен,

Паоло самый обыкновенный- marchetta!

Стоун. Мег, подружка моя. Я не желаю слушать твою пьяную болтовню!

Мег (зло смеется). Я передумала, Карен. Я все же возьму твои деньги.

Стоун. Возьми, вот они.

Мег. Как интересно просить снисхождения у пьедестала чудовища... Прощай, Король

горки!

Стоун. Прощай, Мег! Прощай, моя любимая подружка! (Пошатываясь, Мег уходит.

У миссис Стоун меняется настроение. Радостно.) Я свободна! Я снова выше всех!

Я - Король горки! Господи, зачем я нафантазировала нечто несусветное о своем здоровье.

Я же совершенно здоровая!

Сцена четырнадцатая

(Рим. Улица возле Палаццо Эксцельсиор. По разные стороны, не замечая друг друга,

стоят Паоло и молодой человек в черном пальто. Звук проезжающих машин, свет фар.

Из палаццо выходит, чуть пошатываясь Мег. В руке у нее зажаты деньги. К ней бросается Паоло.)

Мег. А-а-а! Ты?!

Паоло. Да, это я!

Мег. Я так и думала. Ну, что ты стоишь, как посыльный без посылки?

Паоло. А что, по- вашему, я должен делать?

Мег. По крайней мере, ты можешь больше не утруждать себя, мой мальчик!.. Я все ей

разболтала о тебе!

(Показывает ему деньги.)

Паоло. Что вы ей сказали?

Мег. Все!

Паоло. Это не я, а вы самая настоящая- marchetta!  Это вы подсунули ей меня! И часть

этих денег мои!

Мег. Не дождешься! Король горки знает, что ты- marchetta!

Паоло. Вы, как всегда пьяны! Какой еще король горки?

Мег. Тебе этого не надо знать. Но в этот дом тебе вход заказан.

Паоло. Какой дом? Ни у меня, ни у вас дома нет! Из-за вас мне придется отправляться

на Галерею. И там зарабатывать на жизнь своим телом, среди завонялых шлюх и мужских

проституток!

Мег. Вот там и есть твой настоящий дом! Твое место там!

Паоло (кричит). Замолчите! Или я вас!..

Мег (наступая). Ты уже однажды получил от меня и, похоже, хочешь получить еще?!

(Набрасывается  на Паоло с кулаками. Паоло отпихивает ее. Мег машинально

выскакивает на проезжую часть. Слышится визг тормозов машины. Крик Мег. Ее сбила

машина. Она лежит на дороге, чуть живая. Паоло подбежал к ней, выхватил деньги и

бросился наутек. Молодой человек в черном пальто подбегает к Мег, пытаясь ей помочь,

чуть приподнимает ей голову.) О господи! Я вижу! Наконец-то я вижу себя, в белом

платье на Рождество. В руке у меня горит свеча. И глаза сияют от радости!.. Это мне

доверили нести рождественскую свечу. Потому что я - Король горки!.. Я скинула тебя

с горки, Карен! Правда? Свеча! Почему погасла свеча? Зажгите, зажгите быстрее! Я хочу

увидеть тебя, Карен, тебя – побежденную!

Конец первого действия

 

Действие второе

 

Сцена пятнадцатая

(Рим. Терраса в апартаментах миссис Стоун. В кресле-качалке сидит Паоло. У него

удрученный, несчастный вид.)

Стоун. Тебя так долго не было, Паоло.

Паоло. Я не решался...

Стоун. Ты глупый мальчик, Паоло.

Паоло. Не называйте меня мальчиком, прошу вас!

Стоун. Извини. Я не буду тебя больше так звать. Я целую неделю просидела, как

затворница в гостинице, в ожидании твоего прихода или звонка. Я поняла, Паоло, что вся

моя жизнью в Риме держится на одних встречах с тобой и Мег Бишоп. Но теперь в этом

городе, Паоло, кроме тебя у меня никого нет. Свою подружку Мег я отвадила навсегда.

Мне надоело ее пьяное брюзжание. Она обещала больше меня не тревожить. И как видно,

она достойно держит свое слово.

Паоло (испуганно). Я тут не причем! Она сама!.. Поверьте!..

Стоун. Ах, не создавай по ее поводу такой суетни. Она всегда была несдержанна в своих

желаниях и чувствах. Вот уж никогда не думала, что она может превратиться в

закоренелую алкоголичку. Я уверена рано или поздно, но с ней случится, что- нибудь

неприятное.

Паоло (испуганно). Вам должны быть понятны мои чувства!.. Я не хочу объясняться

с полицией!

Стоун. Я тебя не понимаю. При чем тут полиция?

Паоло. Понятия не имею! Откуда мне знать?

Стоун. Что-то стряслось?

Паоло. Нет, просто у меня болит голова.

Стоун. Сейчас я тебя полечу. Положу ладонь на твой лоб, и головная боль пройдет.

(Кладет ладонь на лоб Паоло. Тот стряхивает ее.)

Паоло. Я думаю, что такое лечение мне не поможет...

Стоун. Если хочешь, я сделаю коктейль. Твой любимый «Негрони».

Паоло. Не стоит. Я не хочу напиваться. А то еще расплачусь!..

Стоун. Из-за чего, Паоло?

Паоло. С моим другом Фабио стряслась ужасная беда…

Стоун. Вот как?

Паоло. Он спекулирует на черном рынке. Я вам расскажу, как было дело.

Стоун. Я слушаю тебя внимательно, Паоло.

Паоло. К нему подошел священник из очень высоких кругов Ватикана и сказал, что он

знает один концерн, где залежалась пропасть английских и американских товаров,

оставшихся после оккупации. На них можно хорошо навариться, если продать с большой

выгодой на черном рынке. Мой друг дает священнику десять миллионов лир, чтобы тот

закупил ходового товара. А священник взял и прикарманил его денежки. Позднее

выясняется, что тот священник нюхает кокаин. И все десять миллионов промотал на

кокаин и женщин. Тогда Фабио пошел к кому-то там, в еще более высокие круги

Ватикана, и говорит: «Сейчас же верните мне десять миллионов, что я дал тому

проходимцу священнику, а не то пойду в редакции газет и разоблачу ваши темные

делишки»! В Ватикане перепугались до смерти и говорят ему: «Не ходи, не ходи,

не ходи»! На коленях его умоляют, а мой друг очень религиозный, вот он и обещал им,

что не пойдет. А они говорят: «Покажи расписку, которую тебе дал тот священник».

Он дает им расписку. Один из этих главных исчез куда-то с распиской, а другие остались

с Фабио. Пьют вино, молятся. Напоили его допьяна. Мой друг им говорит: « Где

расписка? Где деньги»? А они говорят: «Нет у тебя никакой расписки»! « Где расписка,

отдайте ее мне!» - говорит Фабио. А они: «Что, что тебе отдать? Мы никакой расписки

в глаза не видели»!

(Паоло расплакался.)

Стоун. Паоло, а когда твоему другу нужны деньги?

Паоло. Как можно скорее, а то он откроет газ!

Стоун. Я уверена, он не сделает подобной глупости.

Паоло. Но он просто в отчаянии. Он вообще такой ненормальный! Он стихи пишет!..

Стоун. Десять миллионов лир, это очень большие деньги.

Паоло. Что значат деньги, если речь идет о дружбе.

Стоун. Но когда речь заходит о такой большой сумме, обычно за этим стоит нечто

поважнее, чем дружба, я так понимаю.

Паоло. Что может быть важнее дружбы! 

Стоун. Знаешь, Паоло, с моей подругой Мег мы недавно разговаривали о тебе.

Паоло (настороженно). И что?

Стоун. Она предостерегала меня, как она считает от опасности. Как же она тебя назвала...

Ах, да- marchetta!..

Паоло. Она сама-шлюха!

Стоун. О, Паоло, зачем же так о ней неуважительно! Мег я знаю много лет. Да, мы всегда

с ней были соперницами. Это правда. Но наше соперничество было открытым.

Паоло. Вы очень ошибаетесь!

Стоун. Ах, вот как! Значит, ты считаешь себя чуть повыше достоинством, чем шлюха!

Но все-таки ты чувствуешь себя продажной тварью!

(Смеется.)

Паоло. Вы... вы не имеете право так со мной разговаривать!..

Стоун. Отчего же? Хотя я соглашусь с тобой. Ты конечно выше шлюхи, пожалуй,

единственно в том смысле, что намного ее дороже. Ты всего лишь предмет роскоши,

только более изысканный. То, что французы называют poule de luxe...- кокотка-люкс.

(Смеется каким-то гортанным смехом.)

Паоло. Вы сейчас очень похожи на птицу. Хищную птицу. Ваш смех, словно звук,

который издает ястреб, готовясь к броску.

Стоун. По-моему, все ясно, Паоло! Когда ты говорил о своем несчастном друге, ты мне

просто- напросто выложил счет и потребовал предварительной оплаты услуг, которые ты

мне готов оказать. Но я счета не оплатила.

Паоло. Но и не выгнали меня. Не так ли?

Стоун. Что ж соглашение возможно, но лишь на приемлемых условиях. Если цена будет

без запроса. Итак, назови свою цену!

Паоло. За мою благосклонность, вы потребуете доказательств?

Стоун. До этого вечера, то, что казалось мне отвратительной нелепостью, благодаря тебе

теперь стало истиной.

Паоло. Вы очень одиноки!

Стоун. Да, Паоло, я одинока. Я пропала в этом городе. С тех пор как я поселилась здесь,

по ночам на меня смотрят лишь мои собственные глаза из зеркала. И эта широкая белая

постель, словно заснеженный пейзаж!.. И ваши надоедливые рондини, не знающие отдыха

в своем крике: «Весна! Весна! Весна!»

Паоло. Вы- хищница!

(Он резко повернулся и вышел на террасу, закрыв за собой дверь. Миссис Стоун не знала,

остался он или ушел. Во рту у нее пересохло. Она налила себе минеральной воды. Села на

кровать и некоторое время с наслаждением потягивала воду, прислушивалась к звукам.

Гадала: ушел Паоло или нет?)

Стоун. Господи, что я стала всего бояться!.. (Она переоделась в пеньюар и удобно

вытянулась на прохладной постели. Вдруг дверь открылась, вошел Паоло.) Не входи.

Я не одета.

Паоло. Я там выпил чуть-чуть кампари... (Подсел к ней на край постели.) Слышите, наши

рондини щебечут…

Стоун. Это явный признак весны...

Паоло. А почему вы спросили, когда именно моему другу нужны деньги?

Стоун. Потому, что ты очень молод и очень красив. И потому что я, уже не очень молода

и не очень красива. Но зато становлюсь очень мудрой...

(После короткого размышления Паоло стянул с себя рубашку, брюки и потянулся

к миссис Стоун. Она прильнула к нему.)

Сцена шестнадцатая

(Рим. На следующий день. Паоло в постели. Он еще спит. Входит миссис Стоун.

С ней произошли разительные перемены. Она уже не выглядит такой сосредоточенной;

в ней много энергии, в глазах сияют огоньки радости. Она садиться на кровать возле

Паоло, дотрагивается до его обнаженной груди. Паоло сладко потягиваясь, открывает

глаза.)

Паоло. Который час?

Стоун. Это так важно? Скоро два. Я приготовила тебе поесть.

(Подает ему поднос. Паоло с жадностью набрасывается на еду.)

Паоло. Поговорите со мной.

Стоун. Тебе это так необходимо?

Паоло. Да.

Стоун. Хорошо, я буду говорить о дожде…

Паоло. Говорите, а я буду лежать и слушать. Но почему о дожде?

Стоун. Потому что я его не люблю! Он навевает на меня грустные мысли. Мое состояние

становится мучительно тоскливым.

Паоло. Но после короткого дождя снова выглядывает солнце.

Стоун. Это здесь. А я буду рассказывать о Цейлоне. Однажды наш театр пригласил к себе

генерал-губернатор острова. Там начался сезон дождей. Я чувствовала себя одиноко, мне

хотелось плакать.

Паоло. Почему?

Стоун. Потому что все время шел дождь! Мне было одиноко у себя в номере. Я стала

представлять, как я зарегистрируюсь под вымышленным именем в маленьком отельчике

на побережье океана...

Паоло. Под каким именем?

Стоун. Скажем, Анна Джонс. Я буду во всем белом. Мне не надо будет никакой силы и

никакой особой энергии… Найду себе какой-нибудь пляж, чтобы там сидеть в шезлонге

под большим зонтом, недалеко от павильонов, где оркестрик как стемнеет, будет играть,

что-нибудь из Виктора Герберта. Ну, конечно, я закажу себе большую комнату со

ставнями. Измученная городской жизнью, у меня лишь хватит сил на то, чтобы  тихонечко

слушать монотонное шуршание дождя. Морщины исчезнут с лица. Глаза не  будут больше

зверски вспыхивать. Друзей у меня не будет. И даже не будет знакомых. Я буду

наслаждаться одиночеством!..

Паоло. Вас просто все позабудут!

Стоун. Ну, что ж… Я давно поняла, как мы бессмысленно живем!.. Говорим друг с

другом, пишем письма, шлем телеграммы друг другу, бьемся друг с другом и даже

уничтожаем друг друга! И все это ради всегда безнадежных усилий, чтобы проломиться

через стену равнодушия друг к другу. В мире мы все осуждены на одиночное заключение

в собственной коже!..

Паоло. Как грустно!.. Словно за окном шуршит нескончаемый дождь...

Стоун. Сезон дождей... Когда мне захочется спать, я буду медленно двигаться к отелю.

Клерк- индус скажет: «Гуд ивнинг, мисс Джонсон»! Я ему лишь с улыбкой кивну головой

и возьму ключ от своего номера. Газет читать не буду, радио ни разу не включу. Ни

малейшего интереса о том, что происходит в мире. Пусть время проходит мимо меня

бессознательно. Однажды я посмотрю в зеркало и увижу, что волосы мои стали

совершенно седыми и впервые осознаю, что живу под чужим именем в чужой стране

без друзей и знакомых, без всяких связей уже двадцать пять лет! Это меня немного

удивит, но отнюдь не обеспокоит. Приятно, что время так легко проходит. Я буду

засыпать с книгой в руках, а дождь за окнами все будет идти, идти… Проснусь. Услышу

дождь. И опять засну. Сезон дождей, дождей, дождей... Я ненавижу дождь!

Паоло. Вы ненавидите дождь, а говорите о нем, как о желанном!

Стоун. Но это будет потом, через много лет, когда я превращусь в старуху! (Смотрит

с любовью на Паоло.) А здесь в Риме я хочу много-много солнца! Чтобы оно никогда

не заходило и светило день и ночь. Я хочу тепла! Нет, Паоло, я хочу жгучего зноя!

Паоло. А вы разве не хотите дождя?

Стоун. Конечно, нет. Он мне противен!

Паоло. Вам видимо, в голову не приходит, что не все в Риме рассчитано лишь на то,

чтобы ублажать богатых иностранцев. Вам, видимо, все равно, что урожай в стране

погибает от засухи, а воды город получает так мало, что приходится два дня в неделю оставаться без нее.

Стоун. Ой, Паоло!

Паоло (передразнивая). Ой, Паоло! Что ж, вас не трудно понять богатых американок,

нынешних завоевателей Рима. Во всяком случае, вы так считаете. Но позвольте вам

напомнить: этому городу три тысячи лет! И все его завоеватели вышли из праха, и

обратились в прах!

Стоун. Паоло, я не знала что, ты такой патриот?

Паоло. Я- аристократ!

Стоун. Но разве это ответ на мой вопрос?

Паоло. В пятнадцать лет, я уже был пилотом и возглавлял летный клуб. Он назывался

“Сизари”. И у нас была голубая форма, а на рукаве вышит золотой голубь. У меня под

командой было пятнадцать сизарей. Шестеро моих сизарей были сбиты над Африкой

и погибли в пламени. Но другим моим сизарям повезло. А в прошлом году нам стало

известно, что один из моих сизарей каждый вечер околачивается в Галерее. И тогда мы

созвали тайную сходку. Ровно в полночь. В винном погребе одного старинного замка.

Над тем испоганившимся сизарем был устроен суд. Все были в черных масках, с белой

свечой в руке и говорили по- латыни. И приговор зачитали  по-латыни. А после приговора

один молодой священник, тоже из моих сизарей, исповедал того дрянного парня. Дал ему

отпущение грехов. А потом мы предложили ему на выбор: револьвер, отравленное вино

или прыжок с башни замка!

Стоун. Бедняжка... И что же он выбрал?

Паоло. Прыжок  с башни.

Стоун (смеясь). Ой, Паоло! Уж очень твой рассказ смахивает на мечты бойскаута о

геройстве! И потом, ты видимо забыл, что однажды уже рассказывал мне подобную

историю. Только там вместо самолетов, были танки!..

Паоло. Я не выношу, когда надо мной смеются! Но вас за этот хохот не виню. С моей

стороны просто смешно было рассказывать о своих сизарях человеку, которого

интересует только одно: золотой помет американского орла! Но не воображайте, будто

сами вы никогда не бываете смешной. Еще как бываете! Вот хотя бы прошлой ночью.

Вы были очень смешны!

Стоун. Я и не сомневаюсь, что часто бываю смешной! Но что я такого сделала прошлой

ночью?

Паоло. Вы спросили меня, люблю ли я вас.

Стоун. И что тут смешного?

Паоло. А то, что кроме моей семьи и моих сизарей я любил одного единственного

человека на свете, мою троюродную  сестру, княжну Ди Лео. Ее изнасиловали в Неаполе

пьяные американские солдаты. И она ушла в монастырь Серых  сестер. Так что можете

хохотать до упаду! Я не люблю никого!

(Отвернулся от миссис Стоун.)

Стоун. Кстати, о птицах. Правда ли, что у рондини нет лапок и поэтому они все время в

воздухе?

Паоло. Нет. Они потому все время в воздухе, что не хотят  видеть вблизи американских

туристов!

Стоун. Что-то нервы расшатались... Давай не отказывать себе в удовольствии. Пойдем

в какой - нибудь бар. Выпьем коктейль.

Паоло. Поберегите силы, они вам еще пригодятся.

Стоун. Паоло! Я прошу тебя не дуться на меня, как ребенок! Ну же, Паоло! Знаешь, что?

Мы не пойдем пить коктейль, а отправимся на улицу «Виа дель Корсо в магазин мужской

одежды. Я хочу, чтобы ты присмотрел себе несколько приличных костюмов.

Паоло. Ну, вот еще! Не надо...

Стоун. Не упрямься, Паоло. Мне приятно, что рядом со мной ты выглядишь, как

настоящий граф!

Паоло. Я и есть граф! Да будет вам известно, что сеньора Кугэн хотела мне подарить

на Рождество ярко-красный  автомобиль «Альфа Ромео». Но от нее я не принял такого

подарка. Я не любил ее! А тут иное дело- мы друг друга любим!

Стоун (с очень серьезным видом). Паоло, но ты недавно сказал, что не любишь меня.

А только любишь своих сизарей и свою троюродную сестру.

Паоло. Я только потому так сказал, что вы меня обидели. А вообще, если любишь

человека, вовсе не зачем слушать, что он говорит. Он говорит обыденные вещи нарочно,

потому что боится, как бы ни обидели его самого. Надо смотреть ему в глаза и понимать,

что у него на сердце!

(Смотрит в глаза миссис Стоун. Миссис Стоун не сдержала слез).

Стоун. Ты прав, Паоло...

Паоло. Вы плачете?

Стоун. Я плачу от облегчения и радости...

Сцена семнадцатая

(Рим. Магазин на улице Виа дель Корсо. Миссис Стоун, Паоло, Продавец.)

Продавец. Добрый вечер, синьоры! Что желаете?

Паоло. Я хотел бы приобрести хороший костюм для выхода.

Продавец. Костюм для выхода?

Стоун (продавцу). Покажите, пожалуйста, еще и смокинг! (Тихо Паоло.) На выход все-

таки предпочтительней иметь смокинг...

Паоло. Ну да. Я и хотел смокинг. Только мне стало жаль ваших денег. Здесь все так

дорого стоит!

Стоун. Ничего, Паоло. Ты можешь выбрать все, что захочешь.

Продавец (показывает миссис Стоун костюм). Попробуйте на ощупь. Какая прекрасная

ткань!

Стоун. Мне это незачем! Я знаю, какая она на ощупь.

Паоло. Покажите мне еще вон ту чесучовую пару цвета желтого жемчуга! Пожалуй, я

и это возьму! (Миссис Стоун.) Как на ваш взгляд, мне идет этот цвет?

Стоун. Вполне. Паоло, ты примеряй, все, что выбрал, а я выйду на улицу. Здесь душно.

(Отходит в сторону.)

Паоло (продавцу). Это все широко! Найдите мне, что-нибудь потеснее! Потеснее! Чтобы

было все в обтяжку!

Продавец. Вы правы, сеньор! При таком прекрасном теле, надо чтобы все было

поотчетливее!..

(Громко смеется. Примерка костюмов Паоло уходит на второй план. Миссис Стоун

осталась стоять одна. Как  вдруг она услышала знакомые звуки - щелчки пальцами.

Она обернулась и увидела молодого человека  в черном пальто. Он едва уловимым

жестом поманил ее к себе. Миссис Стоун невольно шагнула к нему. Молодой человек

посмотрел быстрым взглядом по сторонам и  неуловимым движением раздвинул полы

не застегнутого пальто. Миссис Стоун увидела его возмутительную наготу! Она

бросилась к Паоло. Молодой человек быстро исчез.)

Стоун. Паоло!

Паоло. Да! Что-то случилось?

Стоун. Нет! Нет... Просто я решила поторопить тебя. Нам стоит зайти в какой-нибудь

ресторан и отметить твои покупки!..

Паоло. Но сначала мы заедем домой, я переоденусь в новый костюм.

Стоун. Хорошо, Паоло. Мы так и сделаем. Ты уже закончил примерку?

Паоло. Да.

(Миссис Стоун расплатилась. Они с покупками вышли из магазина.)

Сцена восемнадцатая

(Рим. Апартаменты миссис Стоун. Паоло лихорадочно разворачивает сверток, берет

один из костюмов и убегает переодеваться. Миссис Стоун подходит к зеркалу,

внимательно себя смотрит, подправляет грим. К зеркалу стремительно подбегает

Паоло, нетерпеливо отодвигает миссис Стоун, поднимает полы пиджака и особенно

пристально, почти любуясь, осматривает скульптурные полушария своих крепких

ягодиц. Миссис Стоун начинает хохотать. Но это не смех радости, а скорее  приступ

отчаяния.)

Паоло (яростно). Да, я не привык к таким шикарным костюмам! И у меня нет столько

денег, как у вас! Но зато у меня есть нечто другое, и оно стоит дороже ваших миллионов!

(Обидевшись на миссис Стоун, он сел в кресло, отвернувшись от нее. Достал сигарету,

закурил.)

Стоун. Паоло, извини, я была неправа! Мне не стоило смеяться. Но я смеялась не над

тобой, Паоло. Это был смех моего отчаяния!.. Ты абсолютно прав, Паоло, когда говорил

о своем превосходстве над моими миллионами. У тебя есть молодость, которая разделяет

нас пропастью времени. Между нами разница в тридцать лет!.. (Не дождавшись ответа,

миссис Стоун принялась делать коктейль “Негрони”. Разлила  его по бокалам, один

протянула Паоло.) Паоло, я приготовила твой любимый “Негрони”. Перестань дуться!

Ну, Паоло, не сердись. Ты великолепен в этих костюмах!

Паоло (вскакивая). Что это за тип, который беспрестанно таскается за вами?

Стоун. О ком ты?

Паоло. А вы разве его не приметили? Куда мы, туда и он. Возле магазина вы с ним

о чем-то разговаривали!

Стоун. А-а-а... Этот жалкий бродяга. Он, как и все люди его типа попросил у меня

несколько мелких монет.

Паоло. Он их получил?

Стоун. Нет. Я ему отказала.

Паоло. Беда в том, что вы все время выставляетесь!

Стоун. Я тебя не понимаю. Что это значит, выставляться?

Паоло. Выставляться?.. Это значит, намеренно привлекать к себе  внимание. Вам только

того и надо! На улицах прохожие тычут в нас пальцами. Как будто вы сами этого не

знаете?

Стоун. Знаю! И знаю, что тебе такое внимание по душе. Иначе ты бы не потребовал

останавливать машину прямо перед Эксцельсиором. Ты делаешь это специально, чтобы

сидящие за столиками открытого кафе могли видеть тебя, и слышать, как ты

преднамеренно громко отдаешь шоферу свои дурацкие распоряжения. Это ты любишь

выставляться, чтобы смотрели главным образом на тебя! От тебя глаз невозможно

отвести. Ты так хорош собой! Если бы мы вместе с тобою играли на сцене, то меня бы

попросту не заметили!..

Паоло. Но вы не слышите, что о вас говорят!

Стоун. Слышу! Я понимаю итальянскую речь лучше, чем ты думаешь. “Che bel*uomo,

che bel*uomo! «Какой красавец!  Какой красавец»! – вот, что говорят те, кто сидит

за столиками. Ты прямо расцветаешь от этих комплиментов! Купаешься в них, как

подсолнух в лучах солнца! Пока мы с тобою наедине, ты вялый, угрюмый. Тебе лень

слово выговорить как будто ты мне делаешь одолжение. Но как только ты очутишься на

людях, то сразу загораешься!  И голову запрокидываешь, и  волосами потряхиваешь, и

выкрикиваешь свои дурацкие распоряжения шоферу. Так что не упрекай меня в том, будто

я стараюсь привлечь к себе внимание, caro mio- мой дорогой! Я прекрасно осознаю свое

положение рядом с тобой! Окружающие нас люди смотрят на меня так лишь потому, что

это ты привлекаешь внимание к нам обоим!

Паоло. Никогда не встречал американки, которая призналась бы, что она хоть в чем-

нибудь не права. Так что спорить с вами бесполезно. Вы не так уж хорошо понимаете

итальянский и далеко не все улавливаете то, что говорят о вас!.. На прошлой неделе мне

пришлось вызвать одного человека на дуэль. Такое он о вас говорил!..

Стоун. И что он сказал?

Паоло. Ужасную гадость!..

Стоун. Ты сражался с ним на дуэли?

Паоло. Я  вызвал его, но он удрал из Рима.

Стоун. Не смеши меня, Паоло! Дуэль и ты - это две несовместимые вещи!..

Паоло (яростно). Вам, верно, даже в голову не приходило, что женщин вашего типа часто

находят в постели убитыми! Так вот, позвольте вам сообщить, это бывает сплошь и

рядом! Недавно подобный случай произошел на французской Ривьере. Нашли в постели

мертвую пожилую женщину. У нее горло было перерезано от уха до уха!..

Она, можно сказать, была обезглавлена! Бедняжка лежала на правой стороне постели,

а рядом на другой подушке, были заметны пятна от бриллиантина. Замок цел. Никаких

следов насильственного вторжения. Очевидно, дамочка убийцу привела сама и легла с

ним в постель по собственной воле!

Стоун. Это намек на то, что ты собираешься меня убить?

Паоло. Ладно, ладно, веселитесь! Острите до поры, когда годика через три- четыре

я возьму газету, а там напечатано сообщение о вашей смерти. И умрете вы при таких

же точно обстоятельствах!

Стоун. Года три? Четыре. Что ж, больше мне и не нужно!.. А потом пусть мне перережут

горло. Для меня это будет избавлением!.. (Подвинула к Паоло бокал с “Негрони” и спокойно сказала.) Успокойся!..

(Паоло оттолкнул от себя бокал. Коктейль выплеснулся прямо на вечернее платье

Миссис Стоун. Она легла на кровать и, как-то по- детски заплакала. )

Паоло. Теперь пришла моя очередь извиняться... Я не хотел с вами ссориться.

Стоун. Пожалуй, ты прав, нам не стоит ссориться.

Паоло (небрежно подставил губы для поцелуя). Давайте вечером куда-нибудь сходим.

Стоун (целует Паоло). Это блестящая идея! Я хочу выходить по вечерам!.. (Начинает

его раздевать.) Развлекаться! Меня все время гнетет одиночество!.. И страх перед

незримым страшным чудовищем! Паоло, оно во мне все время дремлет и не знает

пощады!

Паоло. Забыв о смерти и тоске, вы решили плениться райской игрой?

Стоун. Тот, кто томим жаром, ищет уголок на земле где можно утолить жажду...

(Миссис Стоун обнимает Паоло.)

Паоло (недовольно). Дайте хотя бы снять бабушкин медальон!

Сцена семнадцатая

(Рим. Вечер. Кафе «Альфредо». Миссис Стоун, Паоло, несколько девиц знакомых Паоло

сидят за соседним столиком, потягивая коктейль. Они пытаются заигрывать с ним.

Звучит танцевальная музыка.)

Стоун. Ты не хочешь потанцевать?

Паоло. Нет. Я устал.

Стоун. Кто это?

Паоло. Знакомые. Одна из них дочь советника Голландии.

Стоун. Как ее зовут?

Паоло. На что вам знать?

Стоун. Это секрет?

Паоло. Если вы так хотите знать, то ее зовут Августина.

(Августина, словно поняв, что говорят о ней, подошла к Паоло.)

Августина. Эй, Паоло, привет! Что-то давно тебя не было видно?

Паоло. Привет, Августина!

Августина. Паоло, пошли, потанцуем!

Паоло. Еще чего, проваливай!

Стоун. Я прошу тебя, пойдем отсюда!

Паоло. Нет. Мне здесь неплохо.

(Августина взяла со своего столика коктейль и вновь подошла к Паоло. Вынула из своего

бокала вишенку. Начинает заигрывать с Паоло, пытаясь засунуть вишенку ему в рот.

Паоло упрямо отводит голову в сторону, дурашливо хнычет, изображая капризного

ребенка.)

Паоло. Отстань! Не хочу!

Августина. Нет, нет, славный мальчик! Возьми! Возьми! Это вкусно!

(Общий хохот. В конце концов, она заталкивает ему в рот вишенку. Паоло прикусывает

зубами ее пальцы. Августина притворно взвизгивает. Паоло вскакивает и хватает ее

в объятия. Они выходят на танцплощадку и начинают танцевать. Звучит модная

мелодия. Миссис Стоун остается сидеть одна.

Стоун. Паоло! (Никакой реакции со стороны танцующей пары. Миссис Стоун подошла к

танцующему Паоло.) Тебе до меня нет дела?

Паоло. Ненавижу холодное солнце! Когда оно больше не  греет, то я его не люблю!

(Миссис Стоун в бешенстве выскочила из бара.)

Стоун. Меня опять кружит и куда-то несет в пустоте!.. Надо только не терять

достоинство! Чтобы не произошло, не терять достоинство!.. (Смеется.) Господи, какое

теперь все это имеет значение!.. (Она услышала звук. Это были щелчки пальцами. Она

повернула голову. Высокая фигура молодого человека в черном пальто стояла рядом.

Голова его была опущена вниз. Он, словно рассматривал свои износившиеся туфли.

Миссис Стоун подошла вплотную к молодому человеку )

Стоун. Посмотрите на меня. Зачем вы меня преследуете? Вы что не видите моего лица?

(Молодой человек отпрянул. Пробормотав, что-то нечленораздельное, он повернулся

и отошел в сторону, ожидая, что миссис Стоун последует за ним. Из бара вышел

Паоло.)

Паоло. Почему вы ушли?

Стоун (спокойно). Пожалуйста, попроси, чтобы мне подали машину.

Паоло. Вы еще не допили свой коктейль.

Стоун. Что-то мне расхотелось его пить.

Паоло (дурашливо). Тогда вы останетесь одни! Я уйду и не приду никогда! Буду идти

себе, идти, идти, идти… И все дальше и дальше!

Стоун. А я буду ждать.

Паоло. Чего?

Стоун. Тебя!

Паоло. Долго же вам придется ждать. Дольше, чем вы думаете! И так, я ухожу.

Про-щай-те!

Стоун. Такого безобразного поведения со мной не позволял еще никто!..

(Они возвратились в бар, сели за столик. Миссис Стоун принялась потягивать свой

недопитый коктейль. Паоло сидел, угрюмо поглядывая на нее. И вдруг встрепенувшись,

он завопил.)

Паоло. Боже мой! Вы что забыли?

Стоун. О чем, Паоло?

Паоло. Вы пригласили кое-кого из друзей, посмотреть наши фильмы!

Стоун. Я пригласила?

Паоло. Вы пригласили или я! Какая разница! Через пять минут они будут там и никого

не застанут!..

Стоун. Где там?

Паоло. У вас!

Стоун. Но, Паоло!..

Паоло. Но, Паоло!.. Я что насильно должен вас тащить?

(Пауло вышел из бара.)

Стоун (себе, следуя за Паоло). Ни в коем случае не терять достоинство, чтобы не

произошло!.. (Она  подошла к Паоло.) Паоло, я не жалкая идиотка! Не уродина с пятью

волосками на голове и двумя зубами во рту. Я не старуха, которой нечего тебе дать, кроме

денег!

Паоло (вырываясь). Я не понимаю, о чем вы?

Стоун. Паоло, посмотри на меня!

Паоло. Зачем? В чем дело?

Стоун. Я хочу, чтобы ты увидел, что я не совсем ничтожная, даже теперь, когда я

измучена тобой, и когда я потеряла всякое достоинство! Я еще не совсем такая!

Паоло. Да я и не говорю, будто вы какая-то там такая!

Стоун. Паоло, говорить ты не говорил, но обращаешься со мной так, будто я уже отжила

свое время!  В Америке, Паоло, я все еще считаюсь талантливой и красивой! Журналы

мод все  еще мечтают заполучить для реклам мои снимки с отзывами о косметике и

сигаретах. Для меня написаны пьесы! Обо мне написаны книги! Спроси любого, кто хоть

раз побывал в Нью-Йорке, Лондоне или Париже!..  Когда мы придем  домой,  Паоло, я

покажу тебе театральные программки, вырезки, снимки, которые собирал для меня мой

муж!.. Ты сам все это увидишь! И мне не придется больше тебя убеждать, что со мной

нельзя так поступать!..

(Громко всхлипывая, роется в сумке, в поисках носового платка и грима.)

Паоло. Вы накладывает на себя грим, словно через минуту ваш выход на сцену в театре

на Бродвее. Но римское солнце не содействует обману. Я  вижу, как прохожие откровенно

смеются над вами!.. Ну, что ж!.. Я  видел ваши снимки в журналах мод. Раз уж вы завели

разговор на эту тему, то позволю вам напомнить, что меня тоже фотографировали, хотя

бы для «Сеттимана Инком ». Это всего лишь один пример. Да и не только

фотографировали. Несколько самых знаменитых художников Европы писали с меня

портреты. И потом, вы вовсе не первая дама из высшего света, с которой я появляюсь

в обществе. Прошлой зимой, еще до нашего с вами знакомства, я объездил всю Испанию

и Марокко с миссис Джемисон- Уокер. А уж снимки миссис Джемисон- Уокер журналы

мод печатают без конца. Ее за один месяц снимают больше, чем других за год!

Стоун. Ты прав, Паоло!.. Мне не стоило заводить разговор на эту тему. Но роман между

человеком очень юным и женщиной не первой молодости неизбежно приводит к тому,

что она теряет собственное достоинство. И вот это ужасно!

Сцена восемнадцатая

(Рим. Апартаменты миссис Стоун. Пустая комната.)

Стоун. Никого нет?

Паоло. А я знал, что вы сделаете так, чтобы никого здесь не было. Они ушли!

Неприлично заставлять гостей ждать прихода хозяев.

Стоун. Твоих гостей! И были ли они здесь вообще?

Паоло. Да вы просто в истерике!

Стоун. Уже третий!.. Нет, четвертый раз за сегодняшний вечер ты жестоко меня

оскорбляешь! Сначала в баре, где ты неприлично заигрывал с пьяной девкой, так что

мне пришлось уйти! Потом...

Паоло. Ради бога, перестаньте! У меня голова раскалывается!

Стоун. Голова у тебя, вроде вот этих каминных часов! Сквозь их стеклянный колпак

видно, как работают все колесики и пружинки. Я заранее знаю, что ты скажешь и

сделаешь! Сейчас ты скажешь, что не сможешь сегодня остаться у меня. Что? Разве

я говорю неправду? Но причина не в твоей головной боли, а потому что отсюда ты

отправишься прямиком в Альфредо, где у тебя свидание с этой подлой девкой!

Паоло. Уж кому бы и говорить о подлости, но только не вам!

Стоун. Думаешь, я не знаю, почему ты туда стремишься? Да потому что ты- marchetta!

Ты понял, что со мной этот грязный номер не пройдет, и теперь рассчитываешь урвать

себе добычу с этой девки!..

Паоло. Постойте, постойте!  Сейчас я у вас кое-что спрошу!.. Почему Мег Бишоп больше

к вам не приходит?

Стоун. Я... попросила ее оставить меня в покое!

Паоло. Но ее нет и в городе!

Стоун. И что в этом странного?

Паоло. А то, что она попала под машину! Ее задавило насмерть!

Стоун. О, боже! Я этого не знала!

Паоло. Ну как же, как же! Это случилось как раз возле вашего палаццо. В тот вечер,

когда она в последний раз была у вас!..

Стоун. Опомнись, Паоло, причем тут я? Мы были с ней подругами!

Паоло. Она вас ненавидела!.. И считала, что во всех ее бедах виноваты только вы!

Стоун. Но за что, Паоло?

Паоло. Она не могла простить вас за то, что ее выкинули из театра. Отсюда, как считала

Мег и начались все ее несчастья!

Стоун. В театре не могут быть две примадонны!

Паоло. Вот не знал, что вместо души у вас выгребная яма!

Стоун. Если душа у меня и стала выгребной ямой, так лишь потому, что я связалась

с тобой!..

Паоло. Постойте! Сейчас я вам кое-что скажу. Придется вам выметаться из Рима!

Да, выметаться! Потому что вы загубили свою репутацию. И я нисколько не удивлюсь,

если полиция вас вызовет для дачи показаний. Они наверняка узнают, что Мег Бишоп

была вашей подругой. И в тот вечер, она была у вас. Это вы ее споили, а потом за

ненадобностью выставили за дверь!

Стоун. Паоло, ты с ума сошел?!

Паоло. И хорошо, если полиция только откажет вам продлевать вид на жительство!

Конечно, это не мое дело... Это дело ваше и полиции. Но лично мне всего противней ваша

непорядочность!

Стоун. Ты- сумасшедший!

Паоло. Нет, я в здравом уме и твердой памяти. Я помню, как совсем недавно, вы обещали

помочь моему другу Фабио...

Стоун. Ах, Паоло!..

Паоло (передразнивая). Ах, Паоло!

Стоун. Паоло, как ты смеешь со мной так разговаривать?! Что за ужасное подозрение

в мой адрес?

Паоло. Ничего я такого не говорил!..

Стоун. Нет, ты сказал, что...

Паоло. Вы не желаете меня слушать?! Вас предупреждают, а вам хоть бы что? Вы прямо

лопаетесь от спеси, кичитесь своей славой! Своим богатством! Снимками в журналах мод!

Своим импотентным мужем, который оставил вам миллионы! Так вот знайте же!.. Рим-

очень древний город! Риму три тысячи лет! А сколько лет вам? Пятьдесят?

Стоун (словно выдохнула с трудом.) Пятьдесят...

Паоло. Вы по сравнению с Римом - старуха!

Стоун. Не терять достоинство!

Паоло (смеется). Не терять достоинство? Ты просто кастрированная сука! Да! Я тебя так

зову! Я не смотрю тебе в глаза, потому что не выношу твоего взгляда! Твои глаза- это

глаза старой сумасшедшей проститутки! Да- да, первостатейной проститутки, исходящей

развратной похотью!

Стоун. Паоло, ты- чудовище!

Паоло. Пусть так! Но через полчаса твоя прыть улетучится и ты опять станешь, как

водоросль в спокойной воде!

Стоун. Прекрати! И берегись, мерзкий выродок!

(Бросилась с кулаками на Паоло. Он перехватил ее и зажал ей руками рот. Миссис Стоун

в отчаяние, стала кусать его ладонь.)

Паоло. Проклятие! Ты укусила меня до крови! Сумасшедшая сука! Сука!

(Бьет несколько раз по лицу миссис Стоун. Отбросив ее, убегает прочь. Миссис Стоун

опускается на пол, вытирая кровь с лица.)

Стоун. Я плыву!.. Меня сносит течением... Все плывет и уплывает... О, боже! Если на

свете, что-нибудь кроме этого постоянного чудовищно бесцельного течения? Если в этом

мире вообще, хоть что-нибудь, что остается на месте? (Замечает молодого человека в

черном пальто. Он по-прежнему неподвижно стоит внизу.) Есть!..  Это та одинокая

фигура молодого человека. Он все стоит и стоит!.. (Достала зеркало, посмотрелась в него.

Резко отшатнулась.) Господи, что это?! Как я уродливо выгляжу! Это мое бесцельное

кружение в пустоте- есть ничто! И оно все длится- это нескончаемое ничто!.. Так пусть же

будет, хоть что-то! Что угодно, только не это затянувшееся ничто!.. Нельзя, чтобы ничто

длилось и, длилось и, длилось- вот как сейчас!.. (Она берет платок, заворачивает в него

два ключа. Кричит молодому человеку в черном пальто.) Эй! (Молодой человек запрокинул

голову на окрик миссис Стоун. Она бросила ему платок с ключами. На его лицо засияла

самоуверенная улыбка. Он поднял ключи. Медленно, с природным изяществом, он стал

подниматься по ступеням каменной лестницы.)

Стоун (шепчет). Я этого хочу!.. Хочу!.. Но у меня и в мыслях не было этого. Чего я никак

не желала. А вот  теперь делаю все, чтобы это свершилось! И свершается это по моей

воле. Меня несет куда-то и бесцельно кружит в пустоте!.. Я не могу! Не могу жить в этой

ужасающей пустоте!..

(Молодой человек приблизился к миссис Стоун. Он начал снимать пальто, оголяя свой

торс.)

Занавес 

Автор пьесы:

Бутунин Юрий Алексеевич, Москва.

yuri@butunin.ru

Комментарии закрыты.